Дедушка как услышал от внучка, что Шабарша чуть-чуть не закинул его дубинки, 
испугался не на шутку и велел таскать из омута деньги да откупаться. Чертенок 
таскал-таскал деньги, много уж перетаскал — а шапка все не полна! «Ну, дедушка, 
на диво у Шабарши шапочка! Все деньги в нее перетаскал, а она все еще пуста. 
Теперь остался твой последний сундучок». — «Неси и его скорее! Веревку-то он 
вьет?» — «Вьет, дедушка!» — «То-то!» Нечего делать, почал чертенок заветный 
дедушкин сундучок, стал насыпать Шабаршову шапочку, сыпал-сыпал... насилу 
дополнил! С той поры, с того времени зажил батрак на славу; звали меня к нему 
мед-пиво пить, да я не пошел: мед, говорят, был горек, а пиво мутно. Отчего бы 
такая притча?




Иванко Медведко




№152
[716]


В некотором селе жил-был богатый мужик с женою. Вот раз пошла она в лес за 
груздями, заплуталась и забрела в медвежью берлогу. Медведь взял ее к себе, и 
долго ли, коротко ли — прижил с нею сына: до? пояс человек, а от пояса медведь; 
мать назвала того сына Иванко Медведко. Годы шли да шли. Иванко Медведко вырос, 
и захотелось ему с матерью уйти на село к людям; выждали они, когда медведь 
пошел на пчельник, собрались и убежали. Бежали, бежали и добрались-таки до 
места. Увидал мужик жену, обрадовался — уж он не чаял, чтоб она когда-нибудь 
домой воротилась; а после глянул на ее сына и спрашивает: «А это что за 
чудище?» Жена рассказала ему все, что и как было, как она жила в берлоге с 
медведем и как прижила с ним сына: до? пояс человек, а от пояса медведь.
«Ну, Иванко Медведко, — говорит мужик, — поди на задний двор да заколи овцу; 
надо про вас обед сготовить». — «А котору заколоть?» — «Ну хоть ту, что на тебя 
глядеть станет». Иванко Медведко взял нож, отправился на задний двор и только 
скричал овцам — как все овцы на него и уставились. Медведко тотчас всех 
переколол, поснимал с них шкурки и пошел спросить: куда прибрать мясо и шкуры? 
«Как? — заревел на него мужик. — Я тебе велел заколоть одну овцу, а ты всех 
перерезал!» — «Нет, батька! Ты велел мне ту заколоть, которая на меня взглянет; 
я на задний двор — они все до единой так на меня и уставились; вольно ж им было 
на меня глазеть!» — «Экой разумник! Ступай же, снеси все мясо и шкуры в амбар, 
а ночью покарауль дверь у амбара-то, как бы воры не украли да собаки не съели!» 
— «Хорошо, покараулю».
Как нарочно, в ту самую ночь собралась гроза, и полил сильный дождь. Иванко 
Медведко выломил у амбара дверь, унес ее в баню и остался там ночевать. Время 
было темное, ворам сподручное; амбар открыт, караула нет — бери, что хочешь! 
Поутру проснулся мужик, пошел посмотреть: все ли цело? Как есть ничего не 
осталось: что собаки съели, а что воры покрали. Стал он искать сторожа, нашел 
его в бане и принялся ругать пуще прежнего. «Ах, батька! Чем же я виноват? — 
сказал Иванко Медведко. — Сам ты велел дверь караулить — я дверь и караулил: 
вот она! Ни воры не украли, ни собаки не съели!» — «Что с дураком делать? — 
думает мужик. — Этак месяц-другой поживет, совсем разорит! Как бы его с рук 
сбыть?» Вот и надумался: на другой же день послал Иванка Медведка на озеро из 
песку веревки вить; а в том озере много нечистых водилось: пусть-де его затащат 
черти в омут!

Иванко Медведко отправился на озеро, сел на берегу и начал из песку веревки 
вить. Вдруг выскочил из воды чертенок: «Что ты делаешь, Медведко?» — «Что? 
Веревки вью; хочу озеро морщить да вас, чертей, корчить — затем, что в наших 
омутах живете, а руги
[717]
не платите». — «Погоди, Медведко! Я побегу скажу дедушке», — и с этим словом 
бултых в воду. Минут через пять снова выскочил: «Дедушка сказал: коли ты меня 
перегонишь, так заплатит ругу, а коли не перегонишь — велел тащить тебя самого 
в омут». — «Вишь прыткий! Ну, где тебе перегнать меня? — говорит Иванко 
Медведко. — У меня есть внучек, только вчера народился, — и тот тебя перегонит! 
Не хочешь ли с ним потягаться?» — «Какой-такой внучек?» — «Вон под колодой 
лежит, — отвечает Медведко да как вскрикнет на зайца: — Ай, Заюшко, не 
подгадь!» Заяц бросился без памяти в чистое поле и вмиг скрылся из виду; 
чертенок было за ним, да куда? — на полверсту отстал. «Теперь, коли хочешь, — 
говорит ему Медведко, — побежим со мною; только, брат, с уговором: если 
отстанешь — я тебя до смерти убью!» — «Что ты!» — сказал чертенок — и бултых в 
омут.

Немного погодя выскочил опять из воды и вынес дедушкин чугунный костыль: 
«Дедушка сказал: коли вскинешь ты вот этот костыль выше, чем я вскину, так 
заплатит ругу». — «Ну, кидай ты наперво!» Чертенок вскинул костыль так высоко, 
что чуть видно стало: с страшным гулом полетел костыль назад и ушел в землю 
наполовину. «Кидай теперь ты!» Медведко наложил на костыль руку, и пошевелить