— На свадьбу к племяннику поехала. Я одела свинью и ее поросят в праздничную 
одежду, надела ей на шею ожерелье, запрягла тройку, посадила на тарантас и 
проводила.
— О, что мелет эта дура! — заорал богатый человек, сел на быструю лошадь и 
поскакал в погоню. Он доскакал до места, где расходятся три дороги и видит: 
сидит человек, закрыл шапкой что-то на земле, к чему-то прислушивается.
— Ты не видел здесь человека со свиньей? Должен проехать по этой дороге, — 
спросил богатый человек.
— Видел.
— Куда направился?
— По середине этих трех дорог.
— Слушай, мужичок, я очень быстро скакал и ужасно устал. Будь добр, садись на 
этого коня, догони того человека и приведи его ко мне, — говорит богатый 
человек.
— Некогда.
— Почему?
— А я, видишь ли, накрыл шапкой золотую птичку. Ее нельзя смотреть днем, можно 
только ночью. Иначе она превратится в обыкновенную птичку.
— Давай сюда! Я подержу, пока ты приедешь.
— Ну что ж! Придется помочь доброму человеку. Только смотри, если откроешь до 
ночи — не будет золотой птички. — Охотник сел на хозяйскую лошадь и помчался. 
Разыскал тарантас со свиньей и преспокойно поехал домой.
А тот, богатый, сидит, боится выпустить золотую птичку и лишиться золота, сидит,
 осторожно придавливая шапку. Человек, которого он отправил, не возвращается. 
Наступила ночь. «Хорошо, — думает жадный богач, — пусть не возвращается, заберу 
я золотую птичку себе. Это куда будет дороже свиньи и тарантаса!» Сунул он руку 
под шапку, а там кусок сухого коровьего помета. Богатый чуть не умер со стыда и 
злости.
— Тьфу, черт! Дурная голова обманута собакой! — и пошагал обратно.
Между тем, наш охотник приехал домой и говорит жене:
— Зря я рассердился на тебя. Оказывается, есть такие люди на свете, которые в 
семь раз глупее тебя.




МЕДВЕДЬ

Жил-был бедный посудник. С утра до ночи мастерил он деревянную утварь, этим и 
кормился.
Вот пошел он однажды на берег моря вырубить мягкую да гибкую ветку для обруча 
на туесок, увидел красную березу и уже топор над нею занес, как говорит береза 
человеческим голосом:
— Не губи меня, добрый человек! Не руби моих красных ветвей. Проси, что 
захочешь. Любое твое желание исполню.
— Будь по-твоему, — согласился посудник. — Только сделай меня купцом.
И дня не прошло, как разбогател вчерашний бедняк, купцом сделался. На подворье 
у него работников — не сосчитать, в амбарах разного товару видимо-невидимо, в 
тугой мошне денег полно. А сам бывший посудник по двору ходит, на слуг своих 
покрикивает. Но скоро надоела ему такая жизнь. Опять пошел бывший посудник к 
красной березе.
— Хочу быть царем! — говорит.
Оглянуться не успел, как сделалось вокруг него дивное царство, даже слуги в том 
царстве в бобровых шапках ходят, а богатые люди низко кланяются царю-батюшке. И 
никто не вспоминает, что был он когда-то бедным посудником. «Одна береза об 
этом знает», — думает новоиспеченный царь. А раз так, решил он срубить красную 
березу.
Сказано — сделано. Отправился царь в сопровождении своего войска на берег моря. 
Увидев красную березу, кинулись слуги с острыми топорами исполнять царское 
повеление. Но зашумела береза всеми ветвями, заговорила человеческим голосом:
— Оглянитесь а своего царя.
Оглянулись слуги и видят: царь превратился в медведя и пустился бежать в 
дремучий лес. Но разве убежишь от самого себя.
Вот почему буряты говорят, что медведь прежде был царем, а встретившись с глазу 
на глаз, обязательно обратятся к нему со словами: «Царь-человек, уступи 
дорогу!» — и медведь сворачивает, рассказывает таежный народ.




МЕТКАЯ СТРЕЛА

Мээл-батор всю свою долгую жизнь состязался в борьбе со многими удалыми и 
сильными баторами, но никогда его спина не касалась земли — никто не мог его 
побороть. Родной народ батора гордился его силой, умом и смекалкой. По 
соседству жил другой молодой, но хвастливый и завистливый батор Ээлэн. Нападать 
на чужие земли, отбивать чужой скот было первым занятием этого батора.
Прослышав о силе и славе Мээла, хвастливый батор решил сразиться с соседом. Для 
этого он собрал триста воинов и двинулся с ними на родину батора Мээла. Прибыв 
с войском на границу, Ээлэн-батор через посыльного известил старого батора: