| |
Семьсот двадцать девятая ночь
Когда же настала семьсот двадцать девятая ночь, она сказала: "Дошло
до меня, о счастливый царь, что старик сказал юноше: "Когда царевна уви-
дит тень человека, она отрубит мне голову". И юноша молвил: "Я не дам
никому увидеть себя вообще и совершенно. Нет сомнения, что тебе сегодня
не хватает на расходы для твоей семьи". И он протянул руку к мешку и вы-
нул оттуда пятьсот динаров и сказал старику: "Возьми это золото и трать
на твоих родных, и пусть твое сердце за них успокоится". И когда старик
взглянул на золото, его душа стала для него ничтожной, и он подтвердил
царевичу, чтобы тот не появлялся в саду, и оставил его сидеть там. И вот
что было с садовником и сыном царя.
Что же касается царевны, то, когда наступило утро следующего дня, к
ней вошли ее слуги и она приказала открыть потайную дверь, которая вела
в сад, где стоял дворец, и надела царственную одежду, украшенную жемчу-
гом, яхонтами и драгоценностями, и под одежду она надела тонкую рубашку,
украшенную яхонтами, а под всем этим было то, что бессилен описать язык,
от чего смущается душа и от любви к чему становится храбрым трус. А на
голове у нее был венец из червонного золота, украшенный жемчугом и дра-
гоценными камнями, и она ходила в башмачках со свежим жемчугом, сделан-
ных из червонного золота и украшенных драгоценными камнями и металлами.
И она положила руку на плечо старухи и велела выходить через потайную
дверь, и вдруг старуха посмотрела в сад и увидела, что он наполнился
слугами и невольницами, которые ели плоды и мутили каналы, желая насла-
диться в этот день игрой и прогулкой, и сказала царевне: "Ты обладаешь
обильным умом и полной сообразительностью и знаешь, что тебе не нужны в
саду эти слуги. Если бы ты выходила из дворца твоего отца, их выход с
тобою был бы, конечно, для тебя почетом, но ведь ты, о госпожа, выходишь
через потайную дверь в сад, так что не видит тебя никто из тварей Аллаха
великого". - "Ты права, о нянюшка. Как же нам поступить?" - спросила ца-
ревна, и старуха сказала ей: "Прикажи слугам, чтобы они вернулись. Я го-
ворю тебе об этом только из уважения к царю". И царевна велела слугам
вернуться, и нянька сказала ей: "Остались еще некоторые слуги, которые
хотят порчи на земле; отпусти их и оставь при себе только двух не-
вольниц, чтобы мы повеселились с ними". И когда нянька увидела, что
сердце царевны прояснилось и время стало для нее безоблачным, она сказа-
ла: "Вот теперь мы сделаем хорошую прогулку. Пойдем сейчас в сад". И ца-
ревна поднялась и положила руку няньке на плечо и вышла через потайную
дверь, и ее невольницы шли перед нею, и царевна смеялась над ними, пока-
чиваясь в своих одеждах. А нянька шла впереди нее и показывала царевне
деревья и кормила ее плодами. И она ходила с места на место и шла до тех
пор, пока не дошла до дворца. И когда царевна посмотрела на него, она
увидела, что он обновлен, и воскликнула: "О нянюшка, разве ты не видишь,
что колонны дворца построены и стены выбелены?" - "Клянусь Аллахом, о
госпожа, - сказала нянька, - я слышала разговоры, будто садовник взял у
некоторых торговцев материю и продал ее и купил на вырученные деньги
кирпича, известки, гипса, камней и прочего, и я спросила его, что он с
этим сделает, и он сказал мне: "Я отстроил дворец, который был забро-
шен", а потом старик говорил: "Купцы потребовали с меня то, что я им
должен, и я сказал им: "Вот царевна спустится в сад и увидит постройку,
и она ей понравится. И когда царевна придет, я возьму то, что она мне
пожалует, и отдам купцам долг и все, что им следует". И я спросила его:
"Что побудило тебя к этому?" И он сказал мне: "Я увидел, что дворец раз-
валился и колонны его разрушены и штукатурка на нем облупилась, и ни в
ком не видел я щедрости, чтобы отстроить его. И тогда я занял денег на
свой страх и отстроил его и надеюсь, что царевна сделает то, что ее дос-
тойно". И я сказала ему: "Царевна вся - благо и возмещение". И он сделал
все это, только желая от тебя милости". - "Клянусь Аллахом, - воскликну-
ла царевна, - он отстроил дворец из благородства и сделал дело велико-
душных! Позови ко мне казначейшу!"
И нянька позвала казначейшу, и та тотчас же явилась к царевне, и ца-
ревна приказала ей дать садовнику две тысячи динаров, и старуха послала
к садовнику человека, и посланный, придя к нему, сказал: "Тебе надлежит
исполнить приказание царевны". И когда садовник услышал от посланного
эти слова, суставы его задрожали, и сила его ослабла, и он сказал про
себя: "Нет сомнения, что царевна увидала юношу, и будет этот день для
меня днем самым злосчастным". И он вышел и пошел домой и осведомил обо
всем свою жену и детей и сделал завещание и простился с ними, и они ста-
ли его оплакивать, а он пошел и остановился перед царевной, и лицо его
было как шафран, и он едва не падал во всю длину. И старуха заметила это
и помогла ему словами и сказала: "О старец, целуй землю, благодари Алла-
ха великого и вознеси молитвы за царевну. Я осведомила ее о том, что ты
сделал, отстроив заброшенный дворец, и она обрадовалась и пожаловала те-
бе за это две тысячи динаров. Возьми их у казначейши и молись за царевну
и поцелуй перед ней землю, а потом возвращайся своей дорогой".
И садовник, услышав от няньки эти слова, взял две тысячи динаров и
поцеловал землю меж рук царской дочери и пожелал ей блага, а потом он
вернулся в свое жилище, и его родные обрадовались и пожелали блага тому,
кто был причиною всего этого дела..."
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
|
|
