ми на берег Тигра и, призвав факелоносца, велел ему привязать  старуху
к кресту за волосы. И факелоносец подтянул старуху на блоке  и  поставил
десять человек сторожить ее, а вали отправился домой; и наступил мрак, и
сон одолел сторожей.
   А случилось так, что один бедуин услышал, как  ктото  говорил  своему
товарищу: "Слава Аллаху за благополучие! Куда это ты отлучался?"  И  тот
ответил: "В Багдад, и я ел там на обед пирожки с медом". И бедуин  воск-
ликнул: "Непременно пойду в Багдад и поем пирожков с медом" (а он в жиз-
ни их не видал и не входил в Багдад). И он сел на коня и поехал,  говоря
про себя: "Пирожков поесть прекрасно! Клянусь честью арабов, я буду есть
только пирожки с медом..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Семьсот шестая ночь

   Когда же настала семьсот шестая ночь, она сказала: "Дошло до меня,  о
счастливый царь, что бедуин сел на коня и захотел  поехать  в  Багдад  и
отправился, говоря в душе: "Поесть пирожков  прекрасно!  Клянусь  честью
арабов, я буду есть только пирожки с медом".
   И он приблизился к кресту Далилы, и та услышала, как он говорит  себе
эти слова, а бедуин обратился к Далиле и спросил ее: "Что такое?" И  Да-
лила воскликнула: "Я под твоей защитой, о шейх арабов!" - "Аллах уже за-
щитил тебя, - ответил бедуин. - По какой причине тебя распяли?" - "У ме-
ня есть враг - масленник, который жарит пирожки, - отвечала Далила. -  Я
остановилась, чтобы что-то купить у него, и плюнула, и плевок  попал  на
пирожки, и масленник пожаловался на меня судье, и судья велел меня  рас-
пять и сказал: "Я постановлю, чтобы вы взяли десять  ритлей  пирожков  с
медом и заставили ее съесть их на кресте. Если она их  съест,  развяжите
ее, а если нет, оставьте ее распятой". А душа моя не  принимает  сладко-
го". - "Клянусь честью арабов, - воскликнул бедуин, - я  приехал  с  ко-
чевья только для того, чтобы поесть пирожков с медом, и я съем их вместо
тебя!" - "Эти пирожки съест только тот, кто подвесится на мое место!"  -
сказала Далила.
   И хитрость над бедуином удалась, и он отвязал Далилу, и та  привязала
его на свое место, после того как сняла с него бывшую на нем  одежду,  а
потом она надела его одежду на себя, повязалась его  тюрбаном,  села  на
его коня и поехала к своей дочери. "Что это за наряд?" -  спросила  Зей-
наб. И Далила ответила: "Меня распяли". И она рассказала ей, что  случи-
лось у нее с бедуином.
   Вот что было с нею. Что же касается сторожей, то когда  один  из  них
очнулся, он разбудил своих людей, и они увидели, что день уже взошел.  И
один из них поднял глаза и сказал: "Эй, Далила!" И бедуин ответил: "Кля-
нусь Аллахом, мы не станем есть балилы! Принесли вы пирожки с медом?"  -
"Это человек из бедуинов", - сказали другие сторожа. И  первый  спросил:
"О бедуин, где Далила и кто ее отвязал?" - "Я отвязал ее, - ответил  бе-
дуин. - Она не будет есть пирожков насильно, потому что ее  душа  их  не
принимает".
   И сторожа поняли, что бедуин не знает об ее обстоятельствах и что она
сыграла с ним штуку, и стали спрашивать друг друга: "Убежим мы или оста-
немся, чтобы получить сполна то, что назначил для нас Аллах?"
   И вдруг пришел вали с толпой тех, кого Далила обманула, и вали сказал
начальникам: "Поднимайтесь, отвязывайте Далилу!"  И  бедуин  воскликнул:
"Мы не станем есть балилы! Принесли вы пирожков с медом?" И вали  поднял
глаза к крестовине и увидал на ней бедуина вместо старухи и спросил  на-
чальников: "Что это такое?" - "Пощады, о господин!" - вскричали  они.  И
вали воскликнул: "Расскажите мне, что случилось!" И начальники  сказали:
"Мы не спали с тобой, когда были на страже, и мы сказали  себе:  "Далила
на кресте!" - и задремали, а когда очнулись, то  увидели  этого  бедуина
распятым. И вот мы перед тобой".
   "О люди, это обманщица, и пощада Аллаха вам дана!" - сказал  вали.  И
бедуина развязали, а он уцепился за вали и  сказал:  "Аллах  да  поможет
против тебя халифу! Я узнаю о моем коне и моей одежде только от тебя!"
   И вали расспросил его и бедуин рассказал ему  свою  историю,  и  вали
удивился и спросил: "Почему ты ее отвязал?" - "Я не знал, что она обман-
щица", - отвечал бедуин. И собравшиеся сказали: "Мы узнаем о наших пещах
только от тебя, о вали! Мы передали ее  тебе,  и  ты  стал  за  нее  от-
ветственным, и мы пойдем с тобой в диван халифа".
   А Хасан Шарр-ат-Тарик пришел в диван и вдруг видит: идут вали, бедуин
и те пятеро, и они говорят: "Мы обижены!" - "Кто вас обидел?" -  спросил
халиф. И каждый из пришедших выступил вперед и рассказал, что с ним слу-
чилось, вплоть до вали, который сказал: "О повелитель  правоверных,  она
меня обманула и продала мне этих пятерых за  тысячу  динаров,  хотя  они
свободные". - "Все, что у вас пропало, - за мной, - молвил халиф, и при-
казал вали: - Я обязываю тебя поймать старуху!"
   И вали потряс воротником [592] и воскликнул: "Я не возьму на себя  этой
обязанности, после того как я повесил ее на кресте и она сыграла штуку с
этим бедуином, так что он ее освободил и она повесила его на свое  место
и взяла его коня и одежду". - "Что же, мне  обязать  кого-нибудь,  кроме
тебя?" - спросил халиф. И вали сказал: "Обяжи Ахмеда-ад-Данафа: ему идет
к