росил: "А ты знаешь этого человека?" - " "Я не знаю его, о  повелитель
правоверных, - ответил Хузейма, - и это потому, что он был переодет, и я
услышал от него только слова: "Я  Джабир-Асарат-аль-Кирам".  И  Сулейман
ибн Абд-аль-Мелик запылал и загорелся желанием узнать этого  человека  и
сказал: "Если бы мы его знали, мы бы  вознаградили  его  за  его  благо-
родство!"
   И потом он привязал Хузейме ибн Бишру знамя [565] и  назначил  его  на-
местником аль-Джезиры вместо Икримыаль-Файяда. И Хузейма выехал, направ-
ляясь в аль-Джезиру. И когда он приблизился  к  ней,  Икрима  вышел  его
встречать, и жители аль-Джезиры тоже вышли ему  навстречу,  и  правители
приветствовали друг друга и ехали вместе, пока не вступили в город.
   И Хузейма остановился в Доме Эмирата и велел взять с Икримы обеспече-
ние и потребовал у него отчета. И с Икримой свели  счета,  и  оказалось,
что за ним большие деньги, и Хузейма потребовал, чтобы Икрима их  отдал.
И Икрима сказал: "Нет мне ни к чему пути". - "Отдать деньги  неизбежно",
- сказал Хузейма. Но Икрима отвечал: "У меня их нет, делай то, что  сде-
лаешь". И Хузейма приказал отвести его в тюрьму..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Шестьсот восемьдесят четвертая ночь

   Когда же настала шестьсот восемьдесят четвертая  ночь,  она  сказала:
"Дошло до меня, о счастливый царь, что, когда Хузейма велел заточить Ик-
риму-аль-Файяда и послал к нему, требуя с него то, что за ним  осталось,
Икрима послал ответить ему: "Я не из тех, кто охраняет деньги ценой сво-
ей чести: делай что хочешь".
   И Хузейма велел заковать ему ноги в железо и посадить его в тюрьму. И
он оставался там месяц или больше, так что это его изнурило, и заточение
повредило ему. И весть о нем дошла до дочери его дяди, и она до крайнос-
ти огорчилась и, позвав к себе одну из своих вольноотпущенниц,  обладав-
шую обильным разумом и знаньями, сказала ей: "Пойди сейчас же к  воротам
эмира Хузеймы ибн Бишра и скажи ему: "У меня есть совет". И если  ктони-
будь спросит тебя о нем, скажи: "Я скажу его только эмиру". И  когда  ты
войдешь к нему, попроси у него уединения. А  оставшись  с  ним  наедине,
скажи ему: "Что это за  дело  ты  сделал?  Ты  вознаградил  Джабира-Аса-
рат-альКирама, только воздав ему жестоким заточением и стеснением в око-
вах".
   И женщина сделала то, что ей было приказано, и когда Хузейма  услышал
ее слова, он воскликнул во весь голос: "Горе мне! Это действительно он?"
- "Да", - ответила женщина. Хузейма велел тотчас же привести своего  ко-
ня, и когда его оседлали, призвал всех вельмож города и, собрав их у се-
бя, подъехал к воротам тюрьмы. И их отперли, и Хузейма, и те, кто был  с
ним, вошли в тюрьму и увидели, что Икрима сидит, и вид его изменился,  и
он изнурен побоями и болью. И когда Икрима  увидел  Хузейму,  ему  стало
стыдно, и он опустил голову, а Хузейма подошел и припал  к  его  голове,
целуя ее, и тогда Икрима поднял голову и спросил: "Что  вызвало  у  тебя
это?" И Хузейма ответил: "Благородство твоих поступков и мое дурное воз-
мещение". - "Аллах да простит нам и тебе", - сказал Икрима. Хузейма при-
казал тюремщику снять оковы с Икримы и наложить их ему самому  на  ноги.
"Что это ты хочешь?" - спросил Икрима, и Хузейма сказал: "Я хочу,  чтобы
мне досталось то же, что досталось тебе". - "Заклинаю  тебя  Аллахом,  -
воскликнул Икрима, - не делай этого!" И затем они вышли вместе  и  дошли
до дома Хузеймы, и Икрима простился с ним я хотел  уходить,  но  Хузейма
удержал его от этого. "Чего ты хочешь?" - спросил Икрима. "Я хочу  изме-
нить твой вид: стыд мой перед твоей женой сильнее моего стыда перед  то-
бою", - сказал Хузейма. И он велел освободить баню, и когда ее освободи-
ли, Хузейма с Икримой вошли туда вместе, Хузейма сам  стал  прислуживать
Икриме. И затем они вышли, и Хузейма наградил Икриму роскошной одеждой и
посадил его на коня и велел нагрузить на него большие деньги" И он  пое-
хал вместе с ним к его дому и попросил позволения извиниться  перед  его
женой и извинился перед нею, а потом он попросил  Икриму  отправиться  с
ним к Сулейману ибн Абд-аль-Мелику, который находился в те дни в ар-Рам-
ле [566]. И Икрима согласился на это, и они поехали вместе и прибыли к Су-
лейману ибн Абд-аль-Мелику, и царедворец вошел к нему и осведомил его  о
прибытии Хузеймы ибн Бишра. И это  испугало  халифа,  и  он  воскликнул:
"Разве правитель альДжезиры может явиться без нашего приказания! Такое -
только из-за великого случая". И он позволил Хузейме войти, и когда  тот
вошел, халиф сказал ему, прежде чем его приветствовать: "Что позади  те-
бя, о Хузейма?" - "Благо, повелитель правоверных",  -  отвечал  Хузейма.
"Что же привело тебя?" - спросил халиф. И Хузейма  ответил:  "Я  овладел
Джабиром-Асарат-аль-Кирам, и мне захотелось порадовать тебя им, так  как
я видел, что ты горишь желанием его узнать и стремишься его увидеть".  -
"Кто же это?" - спросил халиф, и Хузейма ответил: "Икрима-аль-Файяд".  И
Сулейман позволил ему приблизиться, и  Икрима  подошел  к  нему  и  при-
ветствовал его как халифа. И Сулейман сказал ему: "Добро пожаловать!"  И
приблизил его к своему трону и сказал: "О Икрима, твое  благодеяние  ему
было для тебя лишь бедою. Напиши на бумажке о всех  твоих  заботах  и  о
том, в чем ты нуждаешься", - сказал потом Сулейман. И когда Икрима  сде-
лал это, халиф велел исполнить все тотчас же и приказал дать ему  десять
т