И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Шестьсот сорок седьмая ночь

   Когда же настала шестьсот со" рок седьмая ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что усилился бой между мусульманами и нечес-
тивыми, так что стали мусульмане среди нечестивых, как  белое  пятно  на
черном быке, и они не прекращали боя  и  схватки,  пока  не  приблизился
мрак, и тогда они отделились друг от друга, и было убито  из  нечестивых
много людей, которым нет числа. И аль-Джамракан и  его  люди  вернулись,
крайне опечаленные о Садане, и не были им приятны ни еда, ни сон. И  они
проверили своих людей, и оказалось, что убито из них  меньше  тысячи,  и
аль-Джамракан сказал" "О люди, я выйду на середину поля, к месту  боя  и
сражения, и убью их богатырей, и захвачу их женщин, и возьму их в  плен,
и выкуплю ими Садана по изволению судящего владыки, которого не отвлечет
одно дело от другого". И успокоились сердца мусульман, и  они  обрадова-
лись и разошлись по палаткам. Что же касается аль-Джаланда, то  он  под-
нялся и вошел к себе в шатер и сел на престол своего царства, и его люди
окружили его, и тогда он позвал Садана, и его привели к нему, и аль-Джа-
ланд воскликнул: "О бешеный пес и ничтожнейший из арабов, о носящий дро-
ва [540], кто убил мое дитя аль-Кураджана, храбреца своего времени, убийцу
соперников, повергающего богатырей?" - "Его убил аль-Джамракан,  предво-
дитель войска царя Гариба, господина витязей, и я изжарил  его  а  съел,
так как я был голоден", - ответил Садан.  И  когда  аль-Джаланд  услышал
слова Садана, глаза его закатились под темя, и он велел отрубить  Садану
голову. И палач пришел с этим намерением и подошел к Садану, и тогда Са-
дан потянулся в оковах и разорвал их и, бросившись на палача, выхватил у
него меч, ударил его и скинул ему голову.
   И он направился к аль-Джаланду, и тот бросился с престола и убежал. И
тогда Садан напал на присутствующих и убил двадцать приближенных царя, а
остальные предводители убежали. И поднялись крики в лагере  неверных,  а
Садан ринулся на бывших там нечестивых и стал бить их направо и  налево,
и они разбежались перед ним и освободили ему проход, и Садан шел,  изби-
вая врагов мечом, пока не вышел из их лагеря, направляясь в  лагерь  му-
сульман. И мусульмане услышали шум нечестивых и сказали: "Может быть,  к
ним пришло подкрепление?" И пока они недоумевали, вдруг  подошел  к  ним
Садан. Они сильно обрадовались его приходу, и больше всех радовался  ему
альДжамракан, и он поздоровался с Саданом, и мусульмане тоже  поздорова-
лись с ним и поздравили его с благополучием.
   Вот что было с мусульманами.
   Что же касается нечестивых, то они возвратились со своим царем в  его
шатер после ухода Садана. И царь сказал: "О люди, клянусь солнцем, обла-
дателем сияний, клянусь мраком ночи и светом дня и бегучими звездами,  я
не думал, что спасусь в сей день от убиения! Если бы я попал  к  нему  в
руки, он наверное съел бы меня, и я не стоил бы  для  него  ячменя,  или
пшеницы, или злака из других злаков". - "О царь, - ответили ему, - мы не
видели никого, кто бы делал то же, что этот гуль". - "О люди, - восклик-
нул царь, - когда наступит завтрашний день, наденьте снаряжение,  сядьте
на коней и растопчите их конскими копытами!"
   Что же касается мусульман, то они собрались, радуясь поддержке Аллаха
и освобождению Садана-гуля, и альДжамракан воскликнул: "Завтра на поле я
покажу вам, каковы мои дела и что мне подобает.  Клянусь  другом  Аллаха
Ибрахимом, я убью их гнуснейшим убиением и буду ударять их острым мечом,
пока не смутится среди них всякий понятливый. Я намерен напасть на  пра-
вое и левое крыло. И когда вы увидите, что я ринулся  на  царя,  который
под знаменами, неситесь за мною решительно, чтобы  свершил  Аллах  дело,
которое решено".
   И оба войска провели ночь, сторожа друг друга, а когда взошел день  и
явилось смотрящим солнце, воины сели на коней быстрее, чем во  мгновенье
ока, и закричал ворон разлуки, и посмотрели люди друг на друга. И  воины
выстроились для боя и сражения, и первым открыл врата боя  аль-Джамракан
и стал гарцевать и нападать, ища стычки.
   И аль-Джаланд со своими людьми хотел понестись на  врагов,  но  вдруг
поднялась пыль, застилая края неба и омрачая день, и ударили  ее  четыре
ветра, и она разорвалась и разлетелась, и показались из-под нее  витязи,
закованные в кольчуги, храбрые богатыри, режущие мечи, разящие  копья  и
люди, точно львы, что ничего не страшатся и не боятся. И когда оба войс-
ка увидели эту пыль, они воздержались от боя и послали разузнать, в  чем
дело и откуда зги пришельцы, вздымающие такую пыль. И помчались скорохо-
ды и вошли под пыль и скрылись от взоров, а затем, через некоторое  вре-
мя, они вернулись, и скороход нечестивых рассказал им, что  прибывшие  -
отряд мусульман с царем их -  Гарибом.  Скороход  мусульман  вернулся  и
рассказал о прибытии царя Гариба и его людей. И мусульмане  обрадовались
его прибытию и, погнав коней, встретили своего царя, а потом они  спеши-
лись и поцеловали землю меж его рук и пожелали ему мира..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Шестьсот сорок восьмая ночь