ршила такое дело?" - спросил он. И Ситт Шамса сказала: "О мой любимый,
прохлада моего глаза и плод моего сердца, клянусь Аллахом, я люблю  тебя
великой любовью, и я очень радовалась, когда привела тебя в свою землю и
страну и увидела твоего отца и твою мать. Если ты любишь меня, как я те-
бя люблю, приходи ко мне в Таким, крепость драгоценностей".
   И затем, в тот же час и минуту, она взлетела и  отправилась  к  своим
родным, а Джаншах, услышав слова Ситт Шамсы, сидевшей на  крыше  дворца,
едва не умер от горя и упал без памяти. И пошли к его отцу и  осведомили
его об этом, и отец его сел на коня и поехал во дворец и вошел к  своему
сыну и увидел, что тот лежит на земле. И царь Тайгамус заплакал и понял,
что его сын охвачен любовью к Ситт Шамсе. Он побрызгал ему на лицо розо-
вой водой, и Джаншах очнулся и увидел рядом с собою своего  отца.  И  он
заплакал из-за разлуки со своей женой, и отец опросил его: "Что с  тобою
случилось, дитя мое?" И Джаншах ответил: "Знай, о батюшка, что Ситт Шам-
са - дочь джиннов, и я люблю ее и увлечен ею и влюбился в ее красоту.  А
у меня была ее одежда, без которой она не может летать, и я  взял  ее  и
спрятал в столбе, имевшем вид сундука, и залил его свинцом  и  вложил  в
фундамент дворца. И она подрыла фундамент и взяла одежду и надела  ее  и
полетела, а потом она села на крышу дворца и сказала мне: "Я люблю тебя,
и я тебя привела в твою землю и страну, и ты встретился с твоим отцом  и
матерью. Если ты меня любишь, приходи ко мне в Такни, крепость драгоцен-
ностей". А затем она улетела с крыши дворца и  отправилась  своей  доро-
гой". - "О дитя мое, - сказал царь Тайгамус, - не обременяй  себя  забо-
той. Мы соберем людей торговли и путешествующих по странам и спросим  их
об этой крепости и, когда узнаем, отправимся туда и пойдем к родным Ситт
Шамсы и попросим Аллаха великого, чтобы они ее тебе отдали, и ты на  ней
женишься".
   И затем царь в тот же час и минуту вышел и, призвав своих четырех ве-
зирей, оказал им: "Соберите всех, кто есть в городе из  купцов  и  путе-
шественников, и спросите их про Такии, крепость драгоценностей, и всяко-
му, кто ее знает и укажет к ней путь, я дам пятьдесят тысяч динаров". И,
услышав эти слова, везири ответили: "Слушаем и повинуемся!" - а затем, в
тот же час и минуту, они ушли и сделали так, как приказал  царь.  И  они
стали спрашивать купцов, путешествующих по странам, про Тадони, крепость
драгоценностей, во никто про нее им не рассказал, и они пришли к царю  и
сообщили ему об этом. И, услышав их слова, царь тотчас же, в ту же мину-
ту, поднялся и велел привести к  своему  сыну  Джаншаху  прекрасных  не-
вольниц и девушек, владеющих инструментами, и наложниц, увеселяющих тем,
чему нет подобного нигде, кроме как у царей, надеясь, что,  может  быть,
он забудет о любви к Ситт Шамсе, и ему привели тех, кого он потребовал.
   А после этого царь послал разведчиков и соглядатаев во  все  стороны,
острова и климаты, чтобы те расспросили о Такии,  крепости  драгоценнос-
тей, и посланные расспрашивали о ней два месяца. Но никто  не  рассказал
им про нее, и они вернулись и осведомили царя об этом. И  царь  заплакал
сильным плачем и пошел к своему сыну и увидел Джаншаха среди наложниц  и
невольниц и обладательниц музыкальных инструментов (арфы, сантира и дру-
гих), но он не забывал с ними Ситт Шамсы. "О  дитя  мое,  -  сказал  ему
царь, - я не нашел никого, кто знает эту крепость, но я  привел  к  тебе
девушек красивее Ситт Шамсы". И, услышав такие  слова  от  своего  отца,
Джаншах заплакал и пролил из глаз слезы и произнес такие два стиха:
   "Терпенье ушло мое, а страсть остается,
   И телом недужен я от страсти великой,
   Когда же сведут меня дни долгие с Шамсою?
   Ведь кости моя в огне разлуки истлели",
   А у царя Тайгамуса была великая вражда с царем Индии;  когда-то  царь
Тайгамус выступил против него и перебил его  людей  и  похитил  его  бо-
гатства; и звали царя Индии - царь Кафид. И были у него воины, солдаты и
витязи, а также была у него тысяча, богатырей, каждый из которых  управ-
лял тысячей племен, и в каждом племени из этих племен находилось  четыре
тысячи всадников. И было у него  четыре  везиря,  и  пребывали  под  его
властью цари, вельможи, эмиры и многочисленные войска. Он властвовал над
тысячей городов, в каждом из которых была тысяча крепостей, и был  вели-
ким царем, сильным яростью, и его войска наполняли всю землю.
   И когда узнал царь Кафид, царь Индии, что царь Тайгамус занят любовью
своего сына и пренебрег правлением и властью и мало стало у него войск и
сделался он огорчен и озабочен, так как его мысли  были  заняты  любовью
его сына, он собрал везирей, эмиров и вельмож царства и сказал им: "Раз-
ве вы не знаете, что царь Тайгамус нападал на наши земли  и  убил  моего
отца и моих братьев и ограбил наши сокровища, и среди вас нет никого,  у
кого он не убил близкого человека, не отнял богатства, не  ограбил  дос-
татка или не взял в плен жен. Я сегодня услышал, что  его  мысли  заняты
любовью его сына Джаншаха и мало стало у него  войск;  настало  для  нас
время отомстить ему. Снаряжайтесь же, чтобы к нему  направиться,  и  го-
товьте военные доспехи, чтобы на него напасть. Не относитесь пренебрежи-
тельно к этому делу, нет, мы пойдем к нему и нападем на него и убьем его
и его сына и овладеем его страной..."
   И Шахразаду застигло утро, и ода прекратила дозволенные речи.


   Пятьсот семнадцатая ночь