о от других людей". - "Я посижу и постерегу его,  пока  вы  сходите  и
принесете бурдюки", - сказал Хасиб.
   И они оставили Хасиба Карим-ад-дина стеречь колодец и ушли в город. И
они принесли бурдюки и наполняли их медом и, нагрузив ослов, вернулись в
город и продали мед, а потом они снова пришли к колодцу, во второй  раз,
и делали так в течение некоторого времени. Они ночевали в городе,  возв-
ращались к колодцу и наполняли бурдюки медом, а Хасиб Карим-ад-дин сидел
и стерег колодец. И дровосеки в один из дней сказали  друг  другу:  "На-
шел-то колодец с медом Хасиб, и завтра он пойдет в город  пожалуется  на
нас и возьмет плату за мед и скажет: "Это я нашел мед". Мы избавимся  от
этого, только если спустим его в колодец, чтобы  он  наложил  в  бурдюки
мед, который там еще есть, и оставим его там; он умрет в тоске, и  никто
о нем не узнает".
   И все они сговорились об этом деле и пошли, и шли до тех пор, пока не
пришли к колодцу, и тогда они сказали Хасибу: "О Хасиб, спустись в коло-
дец и собери нам мед, который там остался". И Хасиб спустился в  колодец
и собрал оставшийся там мед и крикнул: "Тащите меня, здесь ничего не ос-
талось" Но никто из дровосеков не дал ему ответа; они нагрузили ослов  и
поехали в город, оставив Хасиба одного в колодце. И он стал звать на по-
мощь и плакать, восклицая: "Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высоко-
го, великого! Я умру в тоске!"
   Вот что было с Хасибом Каримом. Что же касается дровосеков, то,  дос-
тигнув города, они продали мед и пошли, плача, к матери Хасиба и сказали
ей: "Да живет твоя голова после твоего сына Хасиба!" - "А какова причина
его смерти?" - спросила она. И дровосеки сказали: "Мы сидели на горе,  и
небо послало нам большой дождь, и мы приютились в пещере, чтобы укрыться
там от дождя. И не успели мы очнуться, как осел твоего сына убежал в до-
лину, и Хасиб пошел за ним, чтобы вернуть  его  из  долины,  а  там  был
большой волк, и он растерзал твоего сына и съел осла".
   И, услышав слова дровосеков, мать Хасиба стала бить себя  по  лицу  и
сыпать землю себе на голову и принялась оплакивать своего сына, а дрово-
секи приносили ей каждый день еду и питье.
   Вот что было с матерью Хасиба, а что касается дровосеков, то они  по-
открывали лавки и стали купцами и не переставая ели,  пили,  смеялись  и
играли. Что же касается Хасиба Карим ад дина, то он начал плакать и  ры-
дать, и когда он сидел в колодце, будучи в таком состоянии,  ВДРУГ  упал
на него большой скорпион. И Хасиб поднялся и убил скорпиона, и потом  он
подумал про себя и сказал: "Этот колодец был наполнен медом;  откуда  же
пришел этот скорпион?" И он встал, чтобы осмотреть то место, откуда упал
скорпион, и стал поворачиваться в колодце направо и налево и увивал, что
из того места, откуда упал скорпион, блистает свет. И Хасиб вынул бывший
у него нож и расширил это отверстие, так что оно стало размером с  окно.
И тогда он вышел через него и шел некоторое время внутри колодца.
   И он увидал большой проход и прошел по нему и увидал большую дверь из
черного железа, на которой был серебряный замок, а в замке - ключ из зо-
лота. И Хасиб подошел к двери и посмотрел в щели и увидал великий  свет,
блиставший из-за двери. И он взял ключ и отпер дверь и вошел внутрь  по-
мещения и, пройдя немного, дошел до большого бассейна и  увидел,  что  в
этом бассейне что то блещет, точно вода. И он шел до тех  пор,  пока  не
достиг того, что блестело. И увидел он большой холм из зеленого  топаза,
а на холме было поставлено золотое ложе, украшенное различными драгоцен-
ными камнями..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Четыреста восемьдесят пятая ночь

   Когда же настала четыреста восемьдесят пятая ночь, она сказала: "Дош-
ло до меня, о счастливый царь, что когда Хасиб  Карим-ад-дин  подошел  к
холму, он увидел, что холм состоит из зеленого топаза я на нем поставле-
но золотое ложе, украшенное различными драгоценными  камнями,  а  вокруг
этого ложа стоят скамеечки: некоторые из серебра, а некоторые из зелено-
го изумруда. И, подойдя к этим скамеечкам, Хасиб вздохнул и стал их счи-
тать и увидел, что скамеек двенадцать тысяч. И он поднялся на ложе, пос-
тавленное посреди этих скамеечек, и сел на него и принялся  дивиться  на
этот бассейн и поставленные скамеечки, и дивился до тех пор, пока его не
одолел сон.
   И он проспал немного и вдруг услышал шипение и свист и великий шум; и
тогда он открыл глаза и сел и увидал на скамеечках больших змей,  каждая
из которых была длиною в сто локтей. И его охватил из-за  этого  великий
испуг, и у него высохла слюна от сильного страха, и отчаялся он  в  том,
что будет жив, и сильно испугался.
   И увидел он, что глаза каждой змея горят, как уголья, и змеи сидят на
скамеечках; а обернувшись к бассейну, он увидел в  нем  маленьких  змей,
число которых знает лишь Аллах великий. И через некоторое время  подошла
к Хасибу большая змея, точно мул, и на сатане у нее было золотое  блюдо,
а посреди блюда лежала змея, сиявшая, как хрусталь, и лицо  у  нее  было
человеческое, и говорила она ясным языком.
   И, приблизившись к Хасибу Карим-ад-дину, змея приветствовала  его,  и
он ответил на ее приветствие; и тогда подошла к блюду змея из тех  змей,
ч