ум уйти с этим караваном. И он вернулся к тому купцу, у которого жил,
и простился с ним и выехал с караваном, и Аллах-слава ему и  величие!  -
внушил одному из купцов к нему жалость, и тот взял его к себе. И Али пил
и ел с ним, пока между ними и Багдадом не  осталось  расстояние  в  один
день. И тогда на караван напала шайка перерезающих дороги, и  они  взяли
все, что было у путников, и спаслись из них лишь немногие, и всякий, кто
был в караване, укрылся в каком-нибудь месте, чтобы там приютиться.
   А что до Али-египетского, то он направился в Багдад и  достиг  города
на закате солнца, и не дошел он еще до городских ворот, как увидел,  что
привратники хотят запирать ворота. "Дайте мне войти в город",  -  сказал
он им. И привратники ввели его к себе и спросили: "Откуда  ты  пришел  и
куда идешь?" - "Я из города Каира, - ответил Али, - и со мной были това-
ры, мулы, тюки, рабы и прислужники. Я  опередил  их,  чтобы  присмотреть
место, где бы мне сложить свои товары. И когда я опередил их  верхом  на
муле, мне повстречалась шайка разбойников, и они взяли моего мула и  мои
пожитки, и я спасся от них при последнем издыхании".
   И привратники оказали ему почет и сказали: "Добро пожаловать! Проведи
у нас ночь до утра, а потом мы присмотрим для тебя подходящее место".  И
Али поискал у себя в кармане и нашел динар, оставшийся от динаров, кото-
рые ему дал купец в Булаке и отдал этот динар одному из  привратников  и
сказал ему: "Возьми его и разменяй и принеси нам чего-нибудь поесть".  И
привратник взял динар и пошел на рынок и разменял деньги  и  принес  Али
хлеба и вареного мяса. И Али поел с привратниками и проспал у них до ут-
ра. А затем один из привратников взял его и отправился с  ним  к  одному
человеку из купцов Багдада, и Али рассказал ему свою историю, и этот че-
ловек поверил ему и подумал, что он купец и с ним есть товары.  И  купец
привел Али к свою лавку к оказал ему почет и, послав к себе домой, велел
принести для него великолепное платье из своих одежд и сводил его в  ба-
ню.
   "И я пошел с ним в баню, - говорил Али-египетский,  сын  купца  Хаса-
на-ювелира, - и когда мы вышли, он взял меня и отправился со мною в свой
дом, и нам принесли обед, и мы поели и повеселились, а потом купец  ска-
зал одному из своих рабов: "О Масуд, возьми твоего  господина  и  покажи
ему те два дома, которые в таком-то месте. Какой из них ему  понравится,
от того дай ему ключи и приходи".
   И я пошел с рабом, и мы пришли в улицу, где было три  дома,  стоявшие
рядом, новые, запертые, и раб отпер первый дом, и я осмотрел его,  и  мы
вышли и пошли во второй дом, и раб отпер его, и я его осмотрел. "От  ко-
торого из них дать тебе ключ?" -  сказал  раб.  И  я  спросил:  "А  этот
большой дом чей?" - "Наш", - сказал раб. И я молвил: "Открой его, мы его
осмотрим". - "Нет тебе до этого нужды", - сказал раб. "А почему это?"  -
спросил я. И он сказал: "Потому что в нем обитают джинны, и всякий,  кто
в нем поселится, на утро оказывается мертвым. Мы не открываем его ворот,
чтобы вынести умершего, а поднимаемся на крышу одного из этих двух домов
и так вынимаем мертвеца. Оттого и оставил его мой господин, и он сказал:
"Я больше не отдам его никому". - "Открой его для меня, чтобы я его  ос-
мотрел", - сказал я и подумал про себя: "Вот то, что я ищу! Я" переночую
там и на утро буду мертв и избавлюсь от того положения, в котором я  на-
хожусь".
   И раб открыл дом, и я вошел туда и увидел, что это большой дом, кото-
рому нет подобного, и сказал рабу: "Я хочу только этот дом, дай мне ключ
от него". - "Я не дам тебе ключа, пока не посоветуюсь  с  моим  господи-
ном", - сказал раб..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Четыреста двадцать восьмая ночь

   Когда же настала четыреста двадцать восьмая ночь, она сказала: "Дошло
до меня, о счастливый царь, что раб сказал: "Я не дам тебе  ключа,  пока
не посоветуюсь с моим господином". И затем он отправился к своему госпо-
дину и сказал ему: "Египетский  купец  говорит:  "Я  поселюсь  только  в
большом доме".
   И купец поднялся и пошел к Али-епипетскому и сказал ему: "О господин,
нет тебе нужды до этого дома". Но  Аля-египетский  сказал:  "Я  поселюсь
только в нем и не стану обращать внимания ни на какие слова!" -  "Напиши
между нами условие: если с тобой что-нибудь случится, мне  не  будет  до
тебя никакого касательства", - сказал купец. И Али молвил: "Пусть  так".
И купец призвал свидетеля из суда и написал Али условие и взял его к се-
бе и отдал Али ключ. И Али взял ключ и вошел в дом, и купец прислал  ему
с рабом постель, и раб постлал ему на каменной скамье, которая за  воро-
тами, и вернулся.
   И после этого Али-египетский поднялся и вошел в дом. И увидел во дво-
ре колодец и над ним ведро, и, наполнив его, омылся и сотворил  полагаю-
щиеся молитвы, а затем он немного посидел, и раб принес ему ужин из дома
своего господина и принес ему светильник,  свечу  с  подсвечником,  таз,
кувшин и кружку и оставил его и отправился в дом своего господина. И Али
зажег свечу и поужинал, чувствуя себя приятно, и совершил  вечернюю  мо-
литву и потом сказал себе: "Вставай, поднимись наверх, возьми постель  и
ляг лучше там, чем здесь".