меня, о счастливый царь, что люди, приставленные к тюрьме, рассказали
царевичу о персидском мудреце, который был у них в тюрьме, и о том,  как
он плачет и рыдает. И царевичу пришло на ум придумать план,  которым  он
достигнет своей цели. И когда привратники захотели спать, они отвели ца-
ревича в тюрьму и Заперли за ним дверь, и он услышал, что мудрец  плачет
и сетует о самом себе и говорит по-персидски в своих жалобах: "Горе  мне
за то, что я навлек на себя и на царевича, и за то, что я сделал  с  де-
вушкой, когда не оставил ее, но не добился желаемого. И все это  потому,
что я задумал дурное: я искал для себя того, чего я не заслуживаю и  что
не годится для подобного мне; а кто ищет того, что для него не  годится,
тот попадает туда, куда попал я".
   И когда царевич услышал слова персиянина, он заговорил с ним  по-пер-
сидски и сказал ему: "До каких пор будет этот плач и завывание?  Увидеть
бы, постигло ли тебя то, что не постигло другого?" И персиянин,  услышав
слова царевича, стал ему жаловаться на свое положение и на тяготы, кото-
рые он испытывает. А наутро привратники взяли царевича и привели  его  к
своему царю и уведомили царя, что царевич пришел в город вчера, в  такое
время, когда нельзя было войти к царю.
   И царь стал расспрашивать царевича и сказал ему: "Из какой ты страны,
как твое имя, какое у тебя ремесло, и почему ты прибыл в этот город?"  И
царевич ответил: "Что до моего имени, то оно по-персидски Хардже, а  моя
страна - страна Фарс, и я из людей науки, и  в  особенности  знаю  науку
врачевания. Я исцеляю больных и бесноватых и хожу по разным землям и го-
родам, чтобы приобрести знание  сверх  моего  знания,  и  когда  я  вижу
больного, я его исцеляю. Вот мое ремесло". И,  услышав  слова  царевича,
царь сильно им обрадовался и воскликнул: "О достойный мудрец, ты  явился
к нам в пору нужды до тебя". И он рассказал ему о случае  с  девушкой  и
сказал: "Если ты вылечишь и исцелишь ее от бесноватости, тебе  будет  от
меня все, что ты потребуешь". И когда царевич  услыхал  слова  царя,  он
сказал: "Да возвеличит Аллах царя! Опиши мне все, что  ты  видел  в  ней
бесноватого, и расскажи, сколько дней назад приключилось с нею это  бес-
нование и как ты захватил ее с конем и мудрецом". И царь  рассказал  ему
об этом деле с начала до конца и потом сказал: "Мудрец в тюрьме". А  ца-
ревич спросил: "О счастливый царь, что же ты сделал с конем, который был
с нею?" - "О юноша, - ответил царь, - он у меня до сих  пор  хранится  в
одной из комнат". И царевич сказал себе: "Лучше всего, по-моему,  осмот-
реть коня и увидеть его прежде всего; если он цел и с ним ничего не слу-
чилось, тогда исполнилось все, что я хочу; а если я увижу, что  движения
его прекратились, я придумаю хитрость, чтобы освободить себя".
   И потом он обратился к царю и сказал: "О царь, мне следует посмотреть
упомянутого коня, может быть я найду в нем что-нибудь, что  мне  поможет
исцелить девушку". - "С любовью и охотой!" - ответил царь,  и  затем  он
поднялся и, взяв царевича за руку, привел его к коню. И царевич стал хо-
дить вокруг коня и проверять его, смотря, в каком он состоянии,  и  уви-
дел, что конь цел и что с ним  ничего  не  случилось.  И  тогда  царевич
сильно обрадовался и воскликнул: "Да возвеличит Аллах царя! Я хочу войти
к девушке и посмотреть, что с нею, и я прошу Аллаха и надеюсь, что изле-
чение придет через мои руки при помощи коня, если  захочет  Аллах  вели-
кий". И затем он велел стеречь коня.
   И царь пошел с ним в комнату, где была девушка, и  царевич,  войдя  к
ней, увидел, что она бьется и падает, как обычно, но она не была  бесно-
ватая и делала это для того, чтобы никто к ней не приближался.
   И, увидев ее в таком состоянии, царевич сказал ей: "С тобой не  будет
беды, о искушение людей". И затем он стал говорить  с  нею  осторожно  и
ласково и дал ей узнать себя. И когда царевна узнала его, она  вскричала
великим криком, и ее покрыло беспамятство, так сильна была радость,  ко-
торую она испытала. А царь подумал, что этот припадок  оттого,  что  она
его испугалась. И царевич приложил рот к ее уху и сказал:  "О  искушение
людей, сохрани мою кровь и твою кровь от пролития и  будь  терпеливой  и
стойкой; поистине, вот место, где нужны терпение и умелый расчет в  хит-
ростях, чтобы мы освободились от этого притеснителя-царя. А  хитрость  в
том, что я выйду к нему и скажу: "Ее болезнь - от духа из джиннов,  и  я
тебе ручаюсь за ее излечение". И я поставлю ему условие, чтобы он раско-
вал на тебе цепи, и тогда этот дух оставит тебя; и когда царь  войдет  к
тебе, говори с ним хорошими словами, чтобы он видел, что  ты  вылечилась
при моей помощи, тогда исполнится все то, чего мы хотим". И девушка ска-
зала: "Слушаю и повинуюсь!" И потом царевич вышел от нее и пошел к царю,
веселый, и радостный, и сказал: "О счастливый царь, кончились, по твоему
счастью, ее болезни и ее лечение, и я вылечил ее для тебя. Поднимайся же
и войди к ней, и смягчи твоя слова, и обращайся с ней бережно  и  обещай
ей то, что ее обрадует, - тогда исполнится все то, чего ты  от  нее  хо-
чешь..."
   И Шахразаду застигло утро, и ода прекратила дозволенные речи.


   Триста семьдесят семидесятая ночь

   Когда же настала ночь, дополняющая до трехсот семидесяти, она  сказа-
ла: "Дошло до меня, о счастливый царь, что, когда  царевич  представился
мудрецом, он вошел к девушке и дал ей узнать себя и рассказал ей  о  за-
м