– Рэд Фокс, – сказал он, задыхаясь. – Рыжая Лисица, ты мою тайну, ты… – Он 
замолк, словно не понимая всего случившегося.
Никто не шелохнулся. Никто не сводил глаз с Рэда Джима. Янки, казалось, 
оцепенели.
– Да! А для тебя это ново? Или ты больше не нуждаешься во мне? – медленно 
ответил Рэд Джим.
Едва это было произнесено, тело индейца обмякло, спина согнулась. Его глаза 
забегали, в них горело безумие.
– Да! – произнес Матотаупа почти беззвучно. – Да-а, ядовитая змея! – вдруг 
взревел он и выпрямился. – Ты предал меня своей колдовской водой! Я выдал тебе 
тайну отцов. Ты умрешь! Глаза твои лопнут раньше, чем увидят золото…
Матотаупа взмахнул палицей, готовый нанести удар, но множество рук схватили его 
и отбросили назад. Нож Рэда Фокса сверкнул перед обнаженной грудью старика.
– Харка! – крикнул дакота. Он крикнул и еще что-то, но Адамс не разобрал – что; 
нож Рэда Фокса поразил Матотаупу в сердце.
Старик покачнулся. Его уже никто не держал; огромное тело сникло и грохнулось 
на пол. Он был мертв.
Прячась от взглядов Адамса и Гарри, Рэд Фокс наклонился над убитым. Остальные 
стояли в смятении. Беззубый Бен, как хозяин, первый пришел в себя и оттащил 
мертвеца в угол, где только что сидел Адамс. Вынести тело из дома никто не 
отважился, опасаясь сына Матотаупы.
Адамс оглянулся, ища Гарри, но тот, словно растворившись в ночи, исчез.
Беззубый Бен заложил дверь на засов. Некоторые из охотников прерий подошли к 
бойницам и стали всматриваться в ночную тьму. Другие постепенно снова 
собирались у столов.
Рэд Фокс подошел к убитому и снял с него скальп.
– Неплохая добыча! – цинично бросил он, заметив, что другие с отвращением 
отвернулись. – А вы сразу хвосты поджали! Боитесь Гарри?.. Бен, друг мой, налей 
же скорей!..
Адамс снова забрался в свой угол. Смоляной факел над ним постепенно угасал, но 
хозяин не обращал на это внимания. Сын фермера смотрел на тело вождя, которое 
лежало у его ног в луже крови. Хотя голова старого индейца и была обезображена 
Рэдом Фоксом, лицо покойника поражало своим благородством. Следы пьянства и 
волнений исчезли, глаза остались широко раскрытыми.
Теперь Адамс видел перед собой истинного Матотаупу. Характер и душу этого 
великана Рэд Фокс убил водкой задолго до того, как уничтожил его физически. 
Смерть восстановила прежние черты. Гигант с открытым и гордым взглядом – это 
снова был вождь рода Медведицы.
Но разве Адамсу по пути с убийцей? Следует ли ему идти с этим мерзавцем в горы 
– искать золото? Что его ждет тут? Либо он окажется обманутым, либо в один 
прекрасный день его прирежут, если Рэд Фокс захочет захватить все золото сам. 
Нет, это не для него!
И все же над Адамсом нависла такая же опасность, как и над Рэдом Фоксом; и ему 
теперь не порвать с этой грязной компанией. Он попал с ними в один поток и 
подхвачен им. Месть молодого индейца угрожала всем, кто был в компании Рэда 
Фокса, а в ней был и Адамс. Что делать? Юноша так и не нашел выхода. Он отвел 
свой взгляд от трупа стал наблюдать, как совещаются Бен с Рэдом Фоксом
Было решено на остаток ночи усилить охрану у бойниц. Остальные могли 
завернуться в одеяла и спать. Желающих караулить лошадей не нашлось. Ни у кого 
не было охоты покидать ночью дом.
Бен, распределив наблюдателей, подошел к Адамсу.
– Чертовское положение! Рэд Фокс идиот! Он разбил все мои надежды на заработки, 
и именно сейчас, весной, когда идет самая оживленная торговля и дом полон людей.
 Весной охотники сдают зимние меха, новички размышляют, чем им заняться: 
охотиться ли на бобров или искать золото… И ведь это как раз перед войной с 
индейцами, когда бы я мог, пока еще окончательно не запрещена продажа оружия, 
сбыть по хорошей цене пару кремневых ружей. Ты должен знать, мой мальчик, что я 
здесь торгую уже много лет. Для дакота я был совсем неплохим человеком…
– Этому можно поверить, если они здесь покупали ружья и порох, – проворчал 
Адамс.
– Ну и что ж из этого! Краснокожим тоже надо жить. Для нас, трактирщиков и 
торговцев, пускай все живут, и белые и краснокожие…
– Главное, чтобы они хорошо платили, – зло бросил Адамс.
– Да, главное – чтобы платили. А что же еще? И уж не думаешь ли ты, что я в 
этой конуре в безопасности? Ты не знаешь Гарри, а я-то знаю. Можешь мне 
поверить, что у него твердая рука и верный глаз. Что он будет делать? Я тебе 
точно скажу: он вернется к себе, в род Медведицы, и со своими воинами покончит 
со мной и с моим домом. Пусть вся эта торговля летит к черту! Мне придется 
вложить денежки в другое дело. Впрочем, завтра все равно сюда прибудут военные. 
Я продам им дом со всем, что в нем есть, ну, а сам в кусты…
– А не вложишь ли ты деньги в мою ферму? – спросил напрямик Адамс. – Тебе ведь 
все равно надо чем-то заняться.
Бен насмешливо кашлянул:
– Нет, мой дорогой. С сельским хозяйством я не связываюсь. Для спекуляции 
землей нужны большие деньги, не такие, как у меня, а стать фермером у меня не 
хватает ума. На земле не разбогатеешь – слишком уж медленно там идет дело. А ты,
 я вижу, крестьянин, неисправимый крестьянин; из тебя не будет проку. Откуда ж 
ты родом?
– Откуда я родом? А что тебе за дело? Я родился ту сторону океана, в такой 
бедной местности, где только горы да каменистая почва, бесконечный труд,