чумы («Североамериканское обозрение», № 3, т. 135).

В речи, произнесенной перед членами Чикагского медицинского общества в защиту 
кремации, доктор Чарльз В. Парди привел некоторые очень интересные сравнения, 
чтобы показать, каким бременем для общества является погребение мертвых в 
земле:

«На похороны в Соединенных Штатах тратится за год в два с четвертью раза больше 
денег, чем правительство расходует на школы. Похороны за 1880 год обошлись 
стране в такую сумму, которой хватило бы на уплату долгов по всем коммерческим 
банкротствам в Соединенных Штатах за тот же год и на то, чтобы выделить каждому 
банкроту капитал в восемь тысяч шестьсот тридцать долларов, на который он мог 
бы снова вести дело. Ежегодный расход на погребения превышает стоимость всего 
добытого в Соединенных Штатах за 1880 год золота и серебра! В эту сумму не 
вошел еще капитал, вложенный в земельные участки, отведенные под кладбища, 
затраты на гробницы и памятники и убытки от обесценивания недвижимости 
благодаря соседству с кладбищами».

Для богатых кремация вполне может заменить погребение, так как связанный с этим 
церемониал можно сделать столь же дорогостоящим и пышным, как индусский обряд 
«сати». Для бедняков же кремация была бы удобнее погребения, так как обходилась 
бы очень дешево[19 - Минимальный расход четыре-пять долларов. (Прим. автора).], 
— дешево до тех пор, пока бедняки не начнут подражать богачам, чего, впрочем, 
ждать недолго. Введение кремации избавило бы нас от навозной кучи избитых 
похоронных острот; но, с другой стороны, оно воскресило бы множество 
заплесневелых, старых кремационных шуток, лежавших под спудом две тысячи лет.

У меня есть знакомый негр, который зарабатывает свой хлеб чем придется — обычно 
тяжелым физическим трудом. он никогда но зарабатывает больше четырехсот 
долларов в год, и так как он женат и имеет несколько маленьких детей, то ему 
приходится урезывать себя во всем, чтобы прожить до конца года, не влезая в 
долги. Для такого человека похороны — настоящая финансовая катастрофа. В то 
время как я писал одну из предыдущих глав, у этого человека умер ребенок. Он 
вместе с одним из своих приятелей исходил весь город в поисках гроба, который 
был бы ему по карману. Купил самый дешевый, какой удалось найти, — из простых 
крашеных досок. За этот гроб он заплатил двадцать шесть долларов, А такой ящик, 
вероятно, не стоил бы и четырех долларов, если бы предназначался для того, 
чтобы хранить в нем что-нибудь полезное. Этот расход будет ощутим для негра и 
его семьи в течение многих месяцев.



Глава XLIII. ИСКУССТВО ПОГРЕБЕНИЯ

Приблизительно тогда же я встретил на улице человека, которого не видел лет 
шесть или семь, и между нами произошел примерно следующий разговор. Я сказал:

— Но ведь у вас был такой унылый и старообразный вид, а теперь вас просто не 
узнать. Где вы раздобыли такую молодость и кипучую жизнерадостность? Сообщите 
мне адрес!

Он блаженно хихикнул, снял лоснящийся цплиидр, показал мне наклеенный на 
донышке круглый розовый ярлык с какой-то надписью и продолжал посмеиваться, 
пока я читал: «Д. В. — гробовщик». Затем он снова надел цилиндр, ухарски 
сдвинул его набекрень и воскликнул:

— Вот вам и разгадка! В то время, когда вы меня знавали, мне жилось трудно, — 
сами понимаете, какие заработки у страхового агента: очень непостоянные. 
Случится большой пожар — хорошо, здорово поработаешь дней десять, пока люди еще 
напуганы и страхуются; а там — застой до следующего пожара. В таком городе, как 
наш, пожары случаются недостаточно часто, и столько недель подряд болтаешься 
без работы, что совсем падаешь духом. А вот это — настоящее дело, можете мне 
поверить! Уж умирать-то люди умирают, не дожидаясь, чтобы им подали пример! Нет,
 сэр, они отправляются на тот свет аккуратно, у гробовщика застоя в делах ие 
бывает. Я начал с двух— трех старых гробов и взятого напрокат катафалка, — а 
теперь посмотрели бы вы!.. Я создал дело, от которого не отказался бы каждый, 
кто бы он ни был! Пять лет тому назад я ютился на чердаке; теперь живу в 
шикарном доме с мезонином и со всякими этакими модными неудобствами.

— Разве гробами так выгодно торговать? Много вы наживаете на каждом гробе?

— Да полноте! Что вы говорите! — Затем, конфиденциально подмигнув мне и 
многозначительно взяв меня за рукав, он понизил голос: — Заметьте себе: на 
свете есть только одна-единственная вещь, которая никогда не дешевеет, — это 
гроб. Есть одна только вещь в этом мире, которую покупают не торгуясь, — это 
гроб. Есть одна только вещь в этом мире, относительно которой покупатель не 
скажет: «Я еще поищу, посмотрю в в других мостах, и если не найду ничего 
дешевле, то вернусь к вам», — это гроб. Есть одна только вещь в этом мире, 
которую не закажут из сосны, если можно купить из орехового дерева, и не 
возьмут из орехового дерева, если можно купить из красного дерева; и не возьмут