– Чего ж вы ждете? – сказал я. – Если вы в состоянии сразу, без всякой 
подготовки, определить, что делает человек на другом конце света, неужели вы не 
можете ответить, что делает человек, находящийся в трех ярдах от вас? Люди, 
стоящие позади меня, видят, что я делаю своей правой рукой, и подтвердят, если 
вы ответите правильно.

Он продолжал молчать.

– Хорошо, я объясню вам, почему вы молчите: потому что вы не знаете. Это вы-то 
чародей! Друзья, этот бродяга – просто обманщик и лгун.

Монахи огорчились и перепугались. Они никогда не видели людей, осмеливающихся 
бранить чародеев, и опасались за последствия. Наступила мертвая тишина; тяжелые 
предчувствия зародились в суеверных умах. Чародей тем временем успел овладеть 
собой и улыбнулся спокойно и небрежно. И все сразу почувствовали облегчение, 
ибо раз он улыбается, значит гибель им не угрожает. Он сказал:

– Речь этого человека так дерзка, что у меня отнялся язык от негодования. Да 
будет ведомо всем, кому это еще не ведомо, что волшебники моего ранга могут 
иметь дело только с королями, принцами, императорами, только с людьми, 
родившимися в золоте и пурпуре. Если бы вы меня спросили, что делает великий 
король Артур, я бы вам ответил, а деяния его подданных для меня безразличны.

– О, значит я неправильно вас понял. Мне послышалось, будто вы сказали: 
спрашивайте про любого человека; и я думал, что любой человек и есть любой 
человек, каждый человек.

– Ну, да… любой человек благородного происхождения, а самое лучшее – 
королевского происхождения.

– Мне кажется, так оно и есть, – вмешался настоятель, очевидно полагая, что 
теперь как раз удобно уладить спор и предупредить беду. – Вряд ли такой 
удивительный дар мог быть создан для того, чтобы наблюдать за деяниями людей, 
не родившихся на вершинах величия. Наш король Артур…

– Хотите знать, что он делает? – перебил его чародей.

– О, конечно, пожалуйста, будем очень вам благодарны.

Все опять были полны внимания и любопытства – неисправимые идиоты! Они с 
глубоким волнением следили за движениями чародея и взглянули на меня с таким 
видом, словно говорили: «Ну, что ты теперь скажешь?», когда он произнес:

– Король утомился на охоте и вот уже два часа лежит у себя во дворце, 
погруженный в сон без сновидений.

– Да благословит его господь, – сказал настоятель и перекрестился. – Пусть этот 
сон укрепит его тело и душу.

– Так бы оно и было, если бы король спал, – сказал я. – Но король не спит, 
король скачет верхом.

Снова все взволновались: столкнулись два авторитета. Никто не знал, кому из нас 
верить, ведь я еще не вполне потерял свою славу. Чародей посмотрел на меня с 
презрением и сказал:

– Я на своем веку видал немало удивительных ясновидцев, и пророков, и чародеев, 
но ни один из них не умел проникать в сущность вещей без заклинаний.

– Вы всю жизнь прожили в лесном захолустье и многое прозевали. Вся здешняя 
добрейшая братия знает, что я и сам иногда прибегаю к заклинаниям, но не ради 
таких пустяков.

Когда дело доходит до насмешек, со мной справиться нелегко. Чародею пришлось 
попотеть. Настоятель спросил его, что делают королева и придворные, и получил 
ответ:

– Все они спят, так как утомились не меньше короля.

– Еще одна ложь! – сказал я. – Одни придворные веселятся, а другие вместе с 
королевой скачут верхом. А теперь понатужьтесь и ответьте нам, куда 
направляются король и королева?

– Как я уже сказал, сейчас они спят; но завтра они и вправду будут скакать, ибо 
собираются съездить на берег моря.

– А где они будут послезавтра во время вечерни?

– Далеко к северу от Камелота, на полпути к морю.