а месте со сложенными руками, когда здесь 
появится убийца моего господина? Можете лишить меня чего угодно, но только не 
возможности отомстить.

— Хорошо! Я понимаю, что ты сейчас думаешь и чувствуешь. Поступай, как считаешь 
нужным, я не вправе принуждать тебя. А сейчас я хотел бы обратить внимание вот 
еще на что: наши запасы провизии пока еще не исчерпаны, но нам нужно чем-то 
кормить мулов. Здесь корма для них нет, спуститься в Салину мы тоже не можем, 
следовательно, нам остается только одно: поискать другое место, где для мулов 
найдется корм и вода.

— Насчет этого можно особенно не беспокоиться, сеньор. Всего в часе езды отсюда 
есть подходящее ущелье. Кроме меня и Аукаропоры, никто не знает этого места, и 
я отведу вас туда.

— Но смогут ли мулы пройти по этому ущелью?

— Лошади не смогли бы, а мулы пройдут. Плохо только то, что мы не знаем, 
сколько времени у нас осталось до появления здесь врагов.

— Я думаю, что достаточно, я даже уверен в этом. Следующая важная сейчас для 
нас задача — выяснить, дружественны ли вам те мойо, которых нанял гамбусино, 
или же нет. В первом случае дело обойдется, понятно, без схватки, а вот во 
втором нам придется быть предельно осмотрительными, поэтому нужно заранее как 
следует все продумать, составить стратегический план возможной схватки. Но 
прежде всего ты отведешь людей и мулов в то ущелье, о котором говорил, а мы с 
Аукой и Антоном будем ждать твоего возвращения здесь.

Как только экспедиция под предводительством Ансиано скрылась из их глаз, 
Отец-Ягуар спросил Ауку:

— А ты смог бы сам, без Ансиано, попытаться найти эту штольню?

— Нет, — ответил сын и наследник верховного Инки. — Я не сомневаюсь, мой отец 
так замаскировал вход в нее, что, не зная каких-то особых примет и условных 
опознавательных знаков, его невозможно найти.

— А я хочу попробовать! Значит, действуем так: я спускаюсь в ущелье, а вы 
остаетесь здесь, потому что отсюда прекрасно просматривается все вокруг, если 
кто-то неожиданно появится, вы дадите мне знать об этом, только и всего.

И он, осторожно ставя ноги в выемки на скалах, а руками цепляясь за небольшие 
выступы, стал спускаться. Аука и Антон напряженно смотрели ему вслед. Когда 
Отец-Ягуар был уже далеко внизу, Аука сказал, покачав головой:

— Ему не найти этого места. Он, конечно, замечательный человек и настоящий 
герой, но вход в штольню замаскирован так хитро, что даже он его не найдет.

Антон, заметив на лице друга невольно появившуюся скептическую усмешку, сказал:

— Зря, между прочим, усмехаешься. Отец-Ягуар говорил очень уверенно, а он слов 
на ветер не бросает. Я верю: он найдет вход в штольню, и еще сегодня ты станешь 
богат, очень богат, во много раз богаче моего отца. Скажи, а действительно у 
твоих предков было так много золота и серебра, как об этом говорят и пишут в 
книгах?

— Гораздо больше. Когда испанцы стали преследовать и грабить инков, все 
сокровища были упрятаны в землю и разные потайные места, но в основно