свела нас судьба 
здесь, в Гран-Чако, я совершал как будто нарочно именно для того, чтобы они 
смогли лишний раз удостовериться в том, что все профессора — недотепы и вообще 
как будто и не мужчины вовсе. Поэтому сейчас я в таком состоянии, что готов 
пойти на самое отчаянное дело, если только это не какая-то глупость.

— Я помогу вам найти такое дело, да и выполнить его, конечно, тоже. А что 
касается шанса, то в Гран-Чако этих шансов сколько угодно, они просто, в 
воздухе носятся, их нужно только поймать. Выберите, какой из них вам больше по 
душе, и вперед!

— Хорошо, Фриц, по рукам!

— По рукам! Но ваша рука, я считаю, должна нас направить на то, чтобы мы все же 
навестили нашу гигантскую хелонию и…

— Нет, — прервал его доктор Моргенштерн, — это не тот случай, где требуется 
авантюрный подход в хорошем смысле слова «авантюра». Панцирь гигантской хелонии 
— не совсем подходящее место для демонстрации смелости. Пойми, все, что 
касается доисторических животных, для меня очень серьезно.

— Не сомневаюсь. Но неужели это отношение перевешивает для вас чувство позора, 
которое вы только что испытали?

— Да, даже и его, несмотря на всю его глубину. К тому же, знаешь, у нас скоро 
может появиться новый подобного же рода объект. Помнишь, Прочный Череп говорил 
нам, что знает место, где находятся останки некоего гигантского животного?

— Но хорошо ли они на самом деле сохранились?

— Судя по его рассказам, скелет в неплохом состоянии, как я это себе 
представляю. И, чтобы сохранить его для науки, я готов бороться с любым, самым 
грозным врагом не на жизнь, а на смерть.

— Но на вашем месте, герр доктор, я бы на всякий случай еще раз порасспросил 
вождя камба насчет этого скелета, — сказал Фриц, кивком показывая на 
приближающегося к ним Прочного Черепа.

— Помните ли вы то, что рассказывали мне о скелете гигантского древнего 
животного? — спросил его доктор Моргенштерн.

— Да, — ответил тот. — Можете не сомневаться, что это правда. Я никогда не 
обманываю своих друзей. До места, где он лежит, от деревни у Ясного ручья — 
всего день пути верхом.

— Давайте сразу выясним вот что: сколько вы хотите получить за то, что отведете 
меня туда и поможете провести раскопки?

— Нисколько. Я дарю вам этот скелет. Ваши товарищи сделали для нас так много, 
что я был бы подобен койоту, если бы потребовал от вас какую-то плату Вам и так 
придется здорово потратиться на вьючных лошадей.

— И когда мы сможем туда отправиться?

— Мне тут надо еще кое-какие неотложные дела уладить с абипонами… Но 
послезавтра, я думаю, мы сможем тронуться в путь.

— А что это за животное? Глиптодонт, мегатерий или, может быть, мастодонт?

— Ой, не спрашивайте меня об этом, я таких слов и не слыхивал-то никогда до 
того, как познакомился с вами.

И он направился к Отцу-Ягуару. Тот поинтересовался, о чем у них шел разговор с 
доктором Моргенштерном, и когда узнал, то сказал, по-доброму усмехнувшись.

— Этот человек живет только одним — своей страстью к изучению доисторических 
гигантских животных Я уважаю людей одержимых. Несмотря на то, что доктор 
Моргенштерн доставил мне немало неприятностей и ненужных хлопот, я помогу ему. 
Скажи, Прочный Череп, какую примерно часть скелета этого животного, к которому 
ты поведешь доктора, вы раскопали?

— Мы отрыли его голову и много костей на спине…

— Позвоночник

— Вам лучше знать, как эти кости называются. Ну, в общем, мы раскопали их до 
самого хвоста. А уходя, все это место снова засыпали и прикрыли тем, что было 
под рукой.

— А как ты думаешь, н