его не спрашивал — этого я не скажу! Не слишком-то 
любезные ответы!

Медвежье Сердце поднял руку, призывая старика к спокойствию, и сказал:

— Мой брат не должен спрашивать меня о вещах, о которых я не могу говорить. 
Вождь апачей любит дела, а не слова.

— И все же хотелось бы знать, что произошло там, у горы! — не унимался старик.

— Дочь миштеков расскажет тебе об этом.

— Она тоже молчит!

— Значит, вернется Бизоний Лоб и расскажет тебе обо всем. А теперь пусть мой 
брат отведет меня к Громовой Стреле, чтобы я мог осмотреть его рану.

— Идем!

Войдя в комнату Хельмерса, они увидели у его ложа обеих скорбно молчащих 
девушек. Больной не спал, беспокойно метаясь по постели. Его, несомненно, 
мучили сильные боли, но он не открывал глаза и, стиснув зубы, молчал. Когда 
Медвежье Сердце дотронулся до его головы рукой, лицо раненого исказилось 
гримасой боли, но он и на этот раз не издал ни звука.

— Как он? — спросил асьендеро.

— Он не умрет, — ответил индеец. — Нужно регулярно менять повязку с целебной 
травой.

— Завтра приедет врач.

— Трава орегано умнее врача! Есть ли у моего брата среди его вакерос хороший 
наездник и охотник?

— Мой лучший охотник и стрелок — это старый Франсиско.

— Пусть его разыщут и дадут ему хорошую лошадь.

— Зачем?

— Он поедет со мной.

— Куда?

— К команчам.

— К команчам? О Боже, что вам от них нужно?

— Разве мой брат не знает команчей? Мы отбили у них пленников и убили много их 
воинов. Они придут, чтобы отомстить.

— На асиенду?

— Да.

— Так далеко!

— Краснокожий не замечает расстояния, когда хочет отомстить и взять скальп 
своего врага. Команчи обязательно придут.

— Не лучше ли будет, если ты останешься здесь, а мы выставим часовых?

— Вождь апачей предпочитает видеть все своими глазами, а не глазами других 
людей. Громовая Стрела, мой белый брат, собирался выехать навстречу команчам. 
Но теперь он болен, и я сделаю это вместо него.

— Ну тогда поезжайте с Богом! Я сейчас же велю позвать Франсиско.

Через четверть часа названный вакеро был на месте. Узнав, о чем идет речь, он с 
радостью выразил свою готовность сопровождать вождя апачей в опасном 
путешествии. Они быстро запаслись всем необходимым и отправились в путь.

Мексиканские лошади отличаются большой выносливостью и резвостью. И теперь они, 
как ветер, несли Медвежье Сердце и Франсиско на север. Еще до наступления 
вечера они достигли того места, где, возвращаясь из драматической поездки в 
Форте-дель-Кваделупе, стояли ночным лагерем вместе с обеими дамами. Не 
устраивая привала, они на сей раз продолжали следовать той же дорогой, которой 
в тот раз возвращались домой.

Уже начинало смеркаться, когда вождь апачей вдруг остановил коня и стал 
вглядываться в землю. Франсиско присоединился к нему.

— Что это? — спросил старый вакеро. — В