олить меня о пощаде, и 
я сохранил ему жизнь. Он и его воины были взяты в плен и заключены в оковы.

— Где он сейчас?

— Белые всадники отправились с ним на Рио-Пекос, где он будет отпущен на 
свободу, но лошадей и оружие ему и его воинам придется отдать.

— Уфф, уфф, это все потому, что ты взял его амулет, иначе бы он не сдался!

— А я и у тебя возьму амулет!

По его лицу скользнула презрительная усмешка, и он ответил:

— Тебе не удастся этого сделать.

— Почему?

— Потому что у меня при себе нет ни одного амулета. Вупа-Умуги владеет не одним 
амулетом, а многими, но он настолько умен, что никогда не берет их с собой в 
поход, где их легко можно потерять. Ты не получишь моих амулетов!

— Я уже сказал, что я их у тебя возьму, а то, что сказал Олд Шеттерхэнд, всегда 
сбывается, и в этом ты еще убедишься. Однако вернемся к главной теме нашей 
дружеской беседы! Теперь, имея дело только с тобой, мы наполнили водой бурдюки 
и пошли по твоим следам. Ты считаешь себя умным, но оказался до такой степени 
глуп, что скакал вслед за Виннету, не отдавая себе отчета в том, что это вовсе 
не Большой Шиба. Вы теперь в западне, с трех сторон окружены кактусами, а с 
четвертой вас караулят апачи. Ну как, ты все еще хочешь драться?

— Да.

— Ну что же, попробуй! Но я знаю, что ты этого не сделаешь. Даже если окажетесь 
победителями, вы все равно погибнете, потому что у вас нет воды. Но победа для 
вас недостижима. Посмотри вокруг себя! Вам недостанет места, чтобы встать 
против нас широким фронтом, вы так стиснуты со всех сторон, что каждая наша 
пуля будет поражать нескольких ваших воинов. У нас есть вода, у вас же — нет. 
Мы сами и наши лошади свежи и полны сил, вас же мучает жажда, а ваши мустанги 
измотаны так, что того и гляди готовы пасть. Подумай хорошенько!

— Мы все равно будем драться!

— Нет. Я знаю, что осторожности тебе недостает, но ты же не безумец.

Он опустил голову и замолчал. Прошло довольно много времени в полной тишине, 
наконец он поднял голову и с видимым усилием выдавил из себя вопрос:

— Как вы с нами поступите, если мы сдадимся?

— Мы сохраним вам жизнь.

— А больше ничего?

— Нет.

— Но без лошадей и оружия мы ничего не значим и ничего не можем!

— И тем не менее вы их отдадите, если мы этого потребуем. Оставляя вам жизнь, 
мы и так делаем для вас слишком много. Окажись вы победителями, вы поступили бы 
с нами хуже, мы все умерли бы у столба пыток.

Он гневно сжал руки и воскликнул:

— Какой злой дух привел тебя к Голубой воде! Не случись этого, и наш план, без 
сомнения, удался бы!

— Это верно, но я думаю, что это не злой, а добрый дух привел меня тогда к 
Голубой воде. У вас нет ни малейшего шанса ускользнуть. Если вы не сдадитесь, 
вас ждет печальный конец. Ты должен это понять.

— Нет, я этого не понимаю!

— Тогда тебе придется расстаться со своей душой!

— Пока что она со мной. Подумай о том, что у нас в руках Убийца индейцев, 
которого вы зовете Олд Уоббл!

— А нам-то что за дело до этого?

— Но он — наш заложник.

— Подумаешь!

— Он умрет, если вы причините зло кому-нибудь из наших!

— Пусть умирает. Он попал в твои руки потому, что нарушил мой приказ, а кто 
нарушает мои приказы, перестает меня интересовать: он больше не мой человек.

— Значит, ты не возражаешь против того, чтобы он умер?