рядом! — вспомнил вдруг Олд Шеттерхэнд. — Они 
тоже утонули?

— Нет. Некоторое время стены будут противостоять. Потом, конечно, пленники надо 
вытащить. Прислушайтесь!

В этот момент они услышали раздававшийся снизу шум, а потом увидели 
краснокожего с факелом. Это был Длинное Ухо. Большой Медведь хотел утопить и 
его, но Олд Файерхэнд предусмотрительно отказался от этой жестокости. Едва 
тимбабач оказался в безопасном месте, уровень воды внутри острова тотчас стал 
соответствовать уровню воды в озере, а видимая прежде воронка исчезла без следа.


Длинное Ухо опустился у огня — стоять сил у него больше не было. Большой 
Медведь сел напротив, вытащил из-за пояса револьвер и угрожающим тоном 
произнес:

— Пусть теперь вождь тимбабачей рассказать, как он с юта прийти в подземелье. 
Если он налгать, я пустить ему в голову пуля. Он знать тайну острова?

— Да, — сознался тот.

— Кто же выдать ее тебе?

— Ты сам.

— Неправда!

— Правда. Я сидел на той стороне, под старым дубом, когда ты пришел со своим 
сыном. Вы остановились вблизи и говорили об острове, о его сокровищах и о 
подземном ходе, из которого вода может вытечь в каньон. Помнишь?

— Да, это правда. Мы стоять там и говорить об этом. Мы думать, что были одни.

— Из ваших слов я понял, что подземный ход начинается там, где лежит каменная 
груда. На другое утро вы охотились на оленя, а я использовал это время, чтобы 
разобрать камни. Я вошел в проход и увидел факелы. Я узнал достаточно и снова 
перенес камни на место.

— А сегодня ты идти к юта, чтобы выдавать тайна!

— Нет. Я хотел подслушать их, но на меня напали. Только чтобы спасти себя, я 
заговорил о проходе и об острове, — признался тимбабач.

— Это трусость! Если бы Олд Шеттерхэнд не заметить, что тебя нет, предательство 
удаваться, и наши души уже завтра были бы в Стране Вечной Охоты. Вы видеть, что 
лежать внизу, внутри острова?

— Да.

— А вы открывать пакеты?

— Только один.

— Что там находиться?

— Божество из чистого золота.

— Ни один человеческий глаз не увидеть его снова, а также и твой! Что ты 
заслужить?

Тимбабач молчал.

— Смерти, десятикратной смерти! Но ты был мой товарищ и брат, а эти бледнолицые 
не хотеть, чтобы я тебя убивать. Ты остаться в живых, но только если сделать то,
 что я от тебя потребовать.

— Чего ты хочешь?

— Я хотеть взять с тебя клятву, тяжелую клятву, что ты никогда и никому не 
сказать ни об острове, ни о том, что он содержать.

— Я готов поклясться.

— Не теперь, а позже. А потом я потребовать, чтобы ты сделать то, что хочет от 
тебя Олд Файерхэнд. Он будет жить в скальном котле и купить его у вас. Ты 
продать ему место и к тому же путь, который оттуда вести к Серебряному озеру.

— Нам не нужен котел, ибо от него нет проку — ни один конь не найдет там 
пастбища.

— Что ты требовать за это?

— Я должен лишь поговорить с другими тимбабачами.

— Они спросить тебя, что они получить, и ты определишь цена. Теперь я хочу 
сказать, какая цена ты иметь право установить. Олд Файерхэнд будет давать тебе 
двадцать ружей и двадцать фунтов пороха, десять покрывал, пятьдесят ножей и 
тридцать фунтов табака. Это немало. Ты соглашаться?

— Я согласен и поведу себя так, что и другие пойдут на это.

— Ты должен будешь идти с Олд Файерхэндом и другими свидетелями к ближнему 
вождю бледнолицых, чтобы там покупка получать законность. За это ты получить 
особый подарок — большой или маленький, много или мало — как ты заслужить или 
как пожелать Олд Файерхэнд. Ты видеть, что я обращать внимание на твоя выгода, 
и я надеяться, что ты сделать так, что я забыть предательство! Теперь кликни 
одного из своих людей, который пленных юта доставить на ту сторону, чтобы они 
не утонуть!

Длинное Ухо повиновался, и как раз вовремя, ибо, когда последний из пленников 
был положен снаружи постройки, до всех донесся треск и клокотание бурлившей 
воды, сломавшей тонкие стены и теперь проникшей и в подвал. Опоздай они минут 
на десять, и юта неминуемо должны были утонуть.

Пленных доставили в каноэ на другой берег, где их передали тимбабачам.

Вождя с ними не оставили, поскольку доверять ему все же было нельзя. Длинному 
Уху приказали идти с бледнолицыми ко входу в расщелину, который белые до сих 
пор еще охраняли, ибо оставшаяся половина юта пока не отступила.

Последние не знали, как им быть. Большинство тех, кто должен был