подкладку
вашей куртки и отдайте его лично в руки генералу  Жуберу.  Вот  пропуск.  Он
обеспечит вам помощь и поддержку  в  пределах  территории  обеих  республик.
Зайдите   на   склад,   там   вы   найдете   обширный   выбор   велосипедов.
Предусмотрительный дядя Поль прислал их нам сюда  вместе  с  другим  военным
снаряжением. А теперь, мой мальчик, отправляйтесь, не теряя  ни  минуты.  До
свиданья! Да защитит вас  Бог,  и  да  поможет  он  вам  вернуться  живым  и
невредимым.
   Сорви-голова  принадлежал  к  людям,  которых  никогда   нельзя   застать
врасплох. Недолго думая, он помчался в свою палатку и, застав там Фанфана, с
места в карьер спросил:
   - Скажи, Фанфан, ты хороший велосипедист?
   И Фанфан  ответил  важно  и  убежденно  на  выразительном  жаргоне  улицы
Гренета:
   - Спрашиваешь!.. Я же тренером был. И каким!
   - Тогда пойдем выбирать себе машины-и айда на прогулку.
   - На войну? На каталке? Шик!.. Багаж и оружие брать?
   - Никакого багажа! По одеялу, по ружью, по  дюжине  сухарей  и  по  сотне
патронов.
   Они тотчас же отправились в велосипедное отделение  склада,  где  увидели
сотню сверкавших новизною машин.
   Сорви-голова как истый патриот принялся искать изделия французской  марки
и скоро нашел именно то, что ему было надо. Это были два велосипеда военного
образца; легкие, прочные и удобные машины с  отличным  ходом  и  пятикратной
передачей. Каплю масла в педали оси, проверить гайки и тормоза - и домой,  в
палатку! А там.- свернуть одеяла, перекинуть их через плечо справа налево, а
ружья - слева направо, привязать к поясным ремням кожаные сумки с сухарями и
патронами. На все это ушло не более десяти минут.
   Фанфану хотелось отправиться на велосипедах прямо из лагеря. Но здесь  не
было дорог, а им предстояло спускаться под уклон в двадцать  пять  градусов.
Пришлось идти  пешком,  волоча  за  собой  машины.Передовые  посты  остались
позади. .Теперь перед ними простиралась степь,  безлюдная,  на  каждом  шагу
таящая засады и грозящая гибелью.
   - Послушай, хозяин, - предложил Фанфан, - а не нажать ли на  педали?  Чем
мы рискуем! Только ноги поразомнем да увидим, как пойдет у нас это дело.
   - Идет!
   Оседлав велосипеды, друзья покатили прямо на восток. Дороги,  правда,  не
было, но голая, ровная и твердая земля вельдта очень удобна для велосипедной
езды. Тем не, менее Фанфану все казалось, что они едут недостаточно быстро.
   - Слышь-ка ты, хозяин, молоко мы, что ли, боимся расплескать?  Двенадцать
километров в час! Махнуть бы со скоростью двадцати пяти... А, хозяин?
   - Ну да! Чтобы свалиться в первую попавшуюся яму, наскочить на камень или
на какой-нибудь пень? Двенадцать километров в час,  а  может  быть,  и  того
меньше! Ты - солдат-велосипедист, а не гонщик.
   - Есть, хозяин! Кстати, куда это мы направляемся таким аллюром?
   - На Я кобсдальскую дорогу, что тянется  с  севера  на  юг.  Каких-нибудь
двадцать минут - и мы будем там.
   Через  пятнадцать  минут  оба  друга  выехали  на  широкую,   проложенную
бесчисленным количеством воловьих упряжек дорогу.  Колеи  здесь  были  очень
глубоки, но зато дорожки, утоптанные быками, превосходны.
   Сияющий Фанфан болтал,  как  сорока,  и  называл  себя  самым  счастливым
велосипедистом  обоих  полушарий.  А  Сорви-голова,  слушая  его   болтовню,
поднимал время от времени голову  и  тревожно  вглядывался  в  даль.  Однако
ничего подозрительного, по крайней мере до сих пор, он не приметил.
   Так без каких-либо помех они проехали семь-восемь  километров.  Но  вдруг
дорога стала круто понижаться и привела к реке.
   - Это Моддер,  -  спокойно  произнес  Сорви-голова.  -  Я  знал,  что  он
встретится на нашем пути. Тут есть брод. Перейдем.
   И оба, вскинув на плечи велосипеды, смело вошли в воду.
   Течение, даже у берегов, было очень быстрое. Приходилось крепко упираться
ногами в дно, чтобы не быть унесенными потоком.
   Река становилась все глубже, вода дошла им сначала  до  пояса,  потом  до
груди и, наконец, до шеи.
   - Эх, ходули бы! - вздохнул Фанфан, тащивший свой  велосипед  в  отчаянно
вытянутых над головой руках.
   Их ружья, патроны, одеяла - все вымокло, за исключением сухарей,  которые
из предосторожности привязали  к  рулям  велосипедов.  Но  патроны  воды  не
боятся, остальное - просохнет!
   К счастью, вода в реке была в  этот  сезон  на  самом  низком  уровне;  в
противном случае наши друзья столкнулись бы с непреодолимыми трудностями.
   Вот наконец и  другой  берег.  Отдышавшись  и  отряхнув  с  платья  воду,
взобрались пешком на прибрежный откос и снова покатили. Не было еще и восьми
часов утра, но в Африке солнце в это время стоит летом уже высоко.  Начинала
донимать жара. Фанфан достал из мешка сухарь и стал жадно грызть.
   - Постноватая закусочка, - сказал он, набив полный рот. -  Не  мешало  бы
добавить к ней хоть каких-нибудь овощей.
   - Позавтракаем в Якобсдале, - коротко ответил Сорви-голова.
   - Ты ничего не ешь и все молчишь, хозяин. А между тем обычно ты не  дурак
покушать, да и за словом