местиком схол (Продолжатель Феофана: 6; 5; 41). Всю жизнь Фока вел 
аскетический образ жизни, носил власяницу и не употреблял мяса. Никогда не 
становился он рабом наслаждений, и никто не мог сказать о нем, что видел его 
хотя бы в юности, предающимся разврату (Лев Диакон: 5; 2). За долгие годы 
службы 
Никифор приобрел репутацию человека несокрушимой силы, деятельного и опытного в 

военном деле. Роман II назначил его стратигом-автократо-ром для ведения войны 
против Крита. Уже более ста лет этот остров находился в руках арабских пиратов, 

и все попытки прежних государей вернуть его под контроль ромеев были отбиты с 
огромным уроном. Летом 960 г. Никифор собрал войска в Азии и прибыл к Криту с 
большим числом огненос-ных судов. Арабы не препятствовали высадке ромеев, а 
поджидали их неподалеку от своего главного города Хандака. Никифор велел воинам 

сомкнуть щиты и так двинулся прямо на варваров. Завязался упорный бой. Арабы не 

смогли устоять против натиска ромейских копий, ряды их расстроились, и они 
обратились в бегство. Победители преследовали отступавших до самых городских 
укреплений. Осмотрев затем крепость и убедившись, что взять ее будет непросто, 
Никифор приказал возвести стену на всем протяжении от южного берега до 
противоположного и запер таким образом в городе главную армию критян. От 
местных 
жителей он узнал, что в другом месте острова арабы собирают еще одно войско для 

того, чтобы напасть на него с тыла. Оставив часть сил для поддержания осады, 
Никифор с остальными тихо снялся с лагеря и выступил против арабского войска. 
Враги, не ожидавшие для себя ничего ужасного, разбили лагерь на каком-то холме. 

Ночью ро-меи окружили эту возвышенность, внезапно напали на спящих и истребили 
их всех до последнего человека. Всем убитым Фока велел отрубить головы. Часть 
этих голов он приказал насадить на копья вокруг Хандака, а другие бросать 
камнеметами через стену. По словам Льва Диакона, когда осажденные увидели строй 

копий, усыпанный головами, и убедились, что эти головы, равно как и те, которые 

летели по направлению к их городу, принадлежали их соотечественникам и 
родственникам, их охватили ужас и безумие. Отныне им неоткуда было ждать 
спасения и приходилось рассчитывать только на свои силы (Лев Диакон: 1; 3, 5, 
7-
9).

Весной 961 г. ромеи подвинули к стене стенобитное орудие и одновременно повели 
подкоп под фундамент. Так как стена была сложена из песчаника, она сравнительно 

легко поддалась их усилиям и вскоре рухнула. После этого уже ничто не могло 
сдержать натиска солдат Никифора - они ворвались в пролом и подвергли город 
жестокому разгрому. Хандак был разграблен, а все его население обращено в 
рабство. Затем Никифор велел разрушить стены, а неподалеку на холме возвести 
крепость Теменос, в которой разместил ромейский гарнизон. Огромную добычу он 
погрузил на 300 кораблей и с триумфом возвратился в Константинополь.

Вскоре Роман вновь вручил Никифору власть над Азией. Он выступил против давнего 

врага ромеев эмира Саифа-ад-Дауда и в короткое время овладел многими его 
городами. Возвращаясь из похода, Фока узнал о внезапной кончине Романа. После 
смерти императора власть перешла к его малолетним сыновьям Василию и 
Константину, которые находились еще на попечении кормилиц и их матери Феофано. 
Но в действительности все управление сосредоточилось в руках паракимомена 
Иосифа 
Вринги. Прибыв в апреле 963 г. в Константинополь, Никифор при поддержке 
патриарха Полиевкта был провозглашен автократором-стратигом Азии. Перед 
патриархом и всем синклитом Фока принес клятву, что не отвергнет власть 
малолетних государей и не будет замышлять ничего нечестного против их правления 

(Лев Диакон: 2; 7-10, 12). Впрочем, судя по всему, Никифор не собирался 
исполнять этого обещания. Он уже давно мечтал о верховной власти. Кроме того, 
он 
был распален страстью к императрице Феофано, с которой как раз тогда вступил в 
связь (Скилица).

В конце апреля Никифор отправился к своему войску в Каппадо-кию. Тем временем 
Иосиф Врин-га, справедливо подозревавший Фоку в недоброжелательстве и коварстве,
 
а также в намерении произвести государственный переворот, отправил к стратигу 
Анатоли-ка Иоанну Цимисхию секретное письмо с предложением принять армию под 
свое командование. Чтобы воодушевить Цимисхия, Врин-га обещал впоследствии 
возвести его на самое высокое место в государстве. Но Цимисхий, нисколько не 
соблазненный этими посулами, отнес письмо к Никифору, и таким образом вся 
интрига Вринги была раскрыта. Цимисхий советовал Никифору немедленно принять 
и