| |
в древних Писаниях – особенно в ортодоксальной христианской Библии, – тем не
менее, в данном случае, могут быть два смягчающие обстоятельства. Во-первых,
все эти «древние философии» и «современные религии» являются – как это было
достаточно доказано в этих двух томах – экзотерическим покровом, наброшенным на
лицо Эзотерической Истины; и – как непосредственный результат этого – все они
аллегоричны, т. е., мифологичны по форме; но, все же, по существу, они
несравнимо более философичны, нежели любая из так называемых новых, научных
теорий. Во-вторых, начиная от Орфической теогонии до последней переработки
Пятикнижия Ездрою, все древние Писания, вначале заимствовавшие все свои факты у
Востока, подверглись постоянным изменениям, как от врагов, так и от друзей,
пока от первоначального изложения осталось лишь только имя, мертвая оболочка,
из которой дух постепенно был изъят.
Это одно уже должно было бы показать, что ни один религиозный труд, из
ныне существующих, не может быть понят без помощи Архаической Мудрости, на
первоначальном основании которой все они были построены.
Но вернемся к прямому ответу, ожидаемому нами от науки, на наш прямой
вопрос. Ответ дан тем же самым автором, когда, следуя течению своей мысли о
ненаучном обожествлении сил Природы в древних верованиях, он произносит им
обвинительный приговор в следующих словах:
«Наука, однако, совершает печальную ошибку, полагая, что половое
зарождение является первоначальным и единственным способом размножения, ибо
микроскоп и скальпель натуралиста вводят нас в новые, и ранее не подозреваемые
[?] миры жизни».
Действительно, настолько «мало подозреваемые», что первоначальные
а-сексуальные «способы размножения», во всяком случае, должны были быть
известны древним индусам – вопреки утверждению обратного С. Лэнгом. Ввиду
заявления в Вишну Пуране, приведенного нами раньше, что Дакша установил половое
сношение, как «способ размножения», лишь после целого ряда иных «способов»,
которые все там перечислены1576, становится трудным отрицать этот факт. Кроме
того, обратите внимание, что утверждение это встречается в экзотерическом труде.
Далее С. Лэнг продолжает утверждать, что
696]
«Большинство живых форм, во всяком случае, в численном отношении, если и
не размерами, возникли к существованию без помощи полового размножения».
Затем он приводит в пример монеру Геккеля, «размножающуюся посредством
самоделения». Следующую стадию автор показывает нам в клеточке ядра, «которая
действует таким же точный образом». Дальнейшая стадия состоит в том, что
«Организм не делится на две равные части, но лишь малая часть его
вспухает.... и, наконец, отделяется и начинает самостоятельное существование,
которое растет до размера своего родителя, благодаря врожденной способности
вырабатывать новую протоплазму из окружающих, неорганических материалов»1577.
За этим следует многоклеточный организм, который образуется посредством
«Зародышных почек, низведенных до состояния спор или одиночных клеточек,
исходящих от родителя... Теперь мы стоим на пороге той системы полового
размножения, которая, в настоящее время, стала правилом во всех высших
семействах животных.... Этот организм, имея преимущества в борьбе за жизнь,
установился как постоянный.... и, чтобы приспособиться к измененным условиям, в
нем развились особые органы. Таким образом, с течением времени прочно
установилось различие между женским органом или яичником, содержащим яйцо или
первичную клеточку, из которой новое существо должно было развиваться, и
мужским органом, снабжающим оплодотворяющей спорой или клеточкой.... Это
подтверждается изучением эмбриологии, показывающей, что в человеческих и высших
животных видах различие пола не развито, пока не достигнуто значительное
продвижение в росте эмбриона.... В огромном большинстве растений и в некоторых
более низких семействах животных.... мужские и женские органы развиты в том же
существе, и они являются тем, что мы называем гермафродитами. Иная преходящая
форма есть парфеногенезис или же девственное воспроизведение, при котором
зародышные клеточки, по-видимому, тождественные во всех отношениях с яичными
клеточками, сами развиваются в новых индивидуумах без всякого оплодотворяющего
элемента»1578.
Все это нам прекрасно известно так же, как и что все вышесказанное
никогда не было применено весьма ученым английским популяризатором
Гёксли-Геккелианских теорий к genus homo. Он применяет это лишь к крапинкам
протоплазмы, растениям, пчелам, улиткам и так далее. Но если бы он хотел
остаться верным теории происхождения, то он бы должен был выказать себя таким
же и по отношению к онтогенезису, в котором, как нам говорят, основной
биогенетический закон гласит:
«Развитие эмбриона (ontogeny) есть уплотненное и сокращенное повторение
эволюции расы (phylogeny). Это повторение является тем полнее, чем более был
сохранен истинный первоначальный порядок эволюции (palingenesis) через
непрерывную наследственность. С другой стороны, это повторение будет тем менее
совершенно, чем больше происходило незаконных развитий (caenogenesis),
вследствие различных приспособляемостей»1579.
697] Это показывает нам, что каждая живая тварь и вещь на Земле, включая
человека, развилась от одной общей первичной формы. Физический человек должен
был пройти через те же стадии эволюционного процесса различных способов
размножения, как прошли их и прочие животные; он должен был делиться; затем
гермафродит дал рождение своему потомству парфеногенерически (по беспорочному
принципу); следующая стадия должна была быть яйцеродной – сначала, без всякого
оплодотворяющего элемента, затем «при помощи оплодотворяющей споры»; и лишь
|
|
