| |
Присутствия, синтезировали его одним символом – центральной точки в кресте, –
показали этим самым, что они никогда не понимали истинный дух учения Христа, но
скорее унизили его во многих отношениях своими ошибочными толкованиями. Они
забыли дух этого всемирного символа и эгоистически монополизировали его – точно
бы Беспредельное и Бесконечное могло быть когда-либо ограниченным и
обусловленным одним проявлением, индивидуализированным в одном человеке или
даже в одном народе.
Четыре конца или равноконечного креста и Герметического креста,
указующие на четыре части света, хорошо были поняты мистическими умами индусов,
браминами и буддистами многие сотни лет до того времени, когда о нем узнали в
Европе, ибо символ этот был принят и сейчас находим во всем мире. Они изогнули
концы креста и сделали 587] из него свою Свастику , которая является сейчас
магическим жезлом монголов-буддистов1313. Это означает, что «центральная точка»
не ограничивается одним индивидом, хотя бы и совершенным; что Принцип (Бог)
находится в человечестве, и человечество, так же как и все остальное, находится
в Нем подобно каплям в океане, четыре конца, будучи направлены к четырем частям
Света, следовательно, теряются в Беспредельности.
Сказано, что Исарим, Посвященный, нашел в Хеброне на мертвом теле
Гермеса хорошо известную смарагдовую табличку, которая, как говорится,
содержала всю суть Герметической Мудрости. На ней, среди других, были начертаны
следующие изречения:
«Отдели Землю от Огня, тонкую форму от плотной...»
«Восходи.... от Земли к небу, и затем снова сойди на Землю».
Загадка креста заключается в этих словах и его двоякая тайна разрешена –
для оккультиста.
«Философский крест, две линии, идущие в противоположных направлениях,
горизонтальная и перпендикулярная, высота и широта, который Божество,
геометрически, разделяет в пересекающейся точке, образуя, таким образом, как
магическую, так и научную четверицу, когда крест этот вписан в совершенный
квадрат, он есть основа оккультиста. В его мистических пределах заключается
главный ключ, открывающий дверь каждой науки, как физической, так и духовной.
Он символизирует наше человеческое существование, ибо круг жизни окружает
четыре точки креста, изображающие в порядке последовательности – рождение,
жизнь, смерть и бессмертие1314.
«Привяжи себя», говорит алхимик, «к четырем буквам четыреугольника,
расположенного следующим образом. Буквы Неизреченного Имени находятся там, хотя,
может быть, сначала ты и не различишь их. Непередаваемая аксиома
каббалистически заключена в нем и это есть то, что называется учителями
магическим арканом»1315.
Еще:
«Тау и астрономический крест Египта бросаются в глаза в нескольких
галлереях, уцелевших среди развалин в Паленке. На одном барельефе во дворце в
Паленке, на западной стороне можно видеть Тау, высеченное, как иероглиф, прямо
под сидящей фигурой. Стоящая фигура, которая наклоняется над первой, изображена
как накрывающая ее голову левою рукою покрывалом посвящения, тогда как правая
рука фигуры поднята, а указательный и средний палец указывают на небо.
Положение это есть, именно, точное положение христианского епископа, дающего
свое благословение, или то, в котором часто изображается Иисус во время Тайной
Вечери»1316.
588] Египетский Иерофант имел квадратный головной убор, который он
должен был всегда носить во время исполнения своих обязанностей. Армянские
священники и по настоящее время носят квадратные шапки. Совершенный Тау –
образованный из перпендикуляра (нисходящий мужской луч) и горизонтальной линии
(Материя, женское начало) – и мировой круг были атрибутами Изиды, и лишь после
смерти египетский крест полагался на грудь мумии. Утверждение, что крест есть
чисто христианский символ, введенный после нашей эры, действительно странно,
когда мы видим Иезекиила, клеймящего лбы людей Иудеи, которые страшились
Господа1317 signum Thau, как это указано в переводе Вульгаты. В древние времена
у евреев этот знак обозначался так , но на подлинных египетских иероглифах, как
точный христианский крест (Тат – эмблема устойчивости). В Откровении «Альфа и
Омега» – Дух и Материя – первый и последний, накладывает печать имени своего
Отца на лбы избранных. Моисей1318 повелевает своему народу отмечать свои
дверные косяки и притолоки кровью, чтобы «Господь Бог» не ошибся и не поразил
кого-либо из избранного им народа, вместо осужденных египтян. И этот знак есть
Тау! – тождественный египетский крест с рукоятью, талисман, половиною которого
Гор воскрешал мертвых, как это показано на разбитой скульптуре в Филах.
Достаточно было сказано о Свастике и Тау, Воистину, крест может быть
отнесен в самую глубь неисчислимых архаических времен. Его тайна скорее
усугубляется, нежели проясняется, ибо мы находим его повсюду, на статуях
Острова Пасхи, в древнем Египте, в Центральной Азии, высеченным на скалах, и
как Тау и Свастику в дохристианской Скандинавии! Автор «The Source оf Measures»
останавливается в недоумении перед бесконечной тенью, которую он отбрасывает
назад, в древние времена, и не в состоянии проследить его и отнести к
какому-либо определенному народу или человеку. Он указывает, что Таргумы,
переданные евреями, затемнены переводом. В Книге Иисуса Навина1319, если
прочесть ее на арабском языке, и в Таргуме Ионафана сказано: «А Царя Гайского
он распял на Древе».
«Перевод семидесяти толковников останавливается перед двойным словом или
крестом. (Wordsworth об Иисусе Навине)........ самое странное выражение этого
порядка содержится в Книге Чисел (XXV, 4), где оно читается по Onkelos [?],
|
|
