последним.
       Теперь следует показать изучающему основную разницу между системой 
Лейбница1093 и Оккультной философией в вопросе о Монадах, и это может быть 
сделано, имея перед собою его Монадологию. Можно справедливо утверждать, что 
если бы системы Лейбница и Спинозы были согласованы, то сущность и дух 
Эзотерической Философии был бы выявлен. Из столкновений обоих – как 
противоположений картезианской системе – возникают истины Архаической Доктрины. 
Обе восстают против метафизики Декарта. Его идея противоположения двух 
Субстанций – Протяженности и Мысли – радикально разнящихся одна от другой и 
взаимно непревратимых, является слишком произвольной и слишком антифилософской 
для них. Так Лейбниц сделал из двух картезианских Субстанций два атрибута 
единого, общемирового Единства, в котором он видел Бога. Спиноза признавал лишь 
единую общемировую неделимую Сущность, Абсолютное ВСЕ, подобие Парабрамана. 
Лейбниц, наоборот, усматривал существование множества Сущностей. Для Спинозы 
существовал лишь ЕДИНЫЙ, для Лейбница бесконечность Существ от Единого и в 
Едином. Потому, хотя и тот и другой признавали лишь Единую, Истинную Сущность, 
но тогда, как Спиноза считал ее безличной и неделимой, Лейбниц подразделял свое 
личное Божество на множества божественных и полу-божественных Существ. Спиноза 
был субъективным пантеистом, Лейбниц – объективным, тем не менее, оба были 
великими философами в своих интуитивных познаваниях.
       Потому, если бы эти два учения были слиты вместе и каждое 690] 
исправлено другим, – и прежде всего, если бы Единая Реальность была очищена от 
элемента личности – то в них остался бы, как совокупность, истинный дух 
Эзотерической Философии; безличное, лишенное атрибутов, абсолютное Божественное 
Естество, которое не есть «бытие», но Корень всего Бытия. Проведите мысленно 
глубокую линию между этим вечно-непознаваемым Естеством и таким же невидимым, 
но, тем не менее, понятным Присутствием, Мулапракрити или Шекина, из-за 
пределов которой и посредством которой вибрирует Звук Глагола и из которой 
развиваются бесчисленные Иерархии разумных Ego, сознательных и полусознательных,
 «самопознающих» и «познающих» Существ, Естество которых есть духовная Сила, 
Сущность – Стихии, а Тела (когда это им нужно) слагаются Атомами – и вы имеете 
Нашу Доктрину. Ибо, говорит Лейбниц:
       «Первичный элемент каждого материального тела, будучи силою не имеющей 
ни одного признака (объективной) материи – может быть постигаем, но никогда не 
может быть объектом какого-либо воображаемого представления».
       То, что для него было первоначальным и конечным элементом в каждом теле 
и предмете не было, таким образом, материальными атомами или молекулами, 
неизбежно большей или меньшей протяженности, подобно молекулам и атомам Эпикура 
и Гассенди, но, как доказывает Мерц, нематериальными и метафизическими Атомами, 
«математическими точками» или истинными душами – как это объяснено его 
французским биографом Генрихом Лашелье (приват-доцентом философии) –
       «То, что существует вне нас в абсолютном виде, суть Души, сущность 
которых сила»1094.
       Итак, реальность проявленного состоит из единства единиц, так сказать, 
имматериальных – с нашей точки зрения – и бесконечных. Лейбниц называет их 
Монадами, Восточная Философия Дживами, тогда как Оккультизм, со всеми 
каббалистами и всеми христианами, дает им разнообразные имена. Для нас, как и 
для Лейбница, они являются «выражением Вселенной»1095 и каждая физическая точка 
есть только феноменальное выражение нуменальной метафизической Точки. Делаемое 
им различие между «познаванием» и «самопознаванием» есть, хотя и философское, 
но туманное выражение Эзотерических Учений. Его «ограниченные миры», которых 
столько же, сколько и Монад, есть хаотическое представление нашей Семеричной 
Системы с ее делениями и подразделениями.
       Что же касается до соотношения его Монад с нашими Дхиан-Коганами, 
Космическими Духами, Дэвами, Богами и Элементалами, то по этому вопросу мы 
можем привести вкратце мнение 691] ученого и вдумчивого теософа г. Бьёррегаарда.
 В прекрасной лекции «Об Элементах, Элементарных Духах и Отношениях между Ними 
и Человеческими Существами», прочитанной им перед арийским Теософическим 
Обществом Нью-Йорка, г. Бьёррегаард определенно формулирует свое мнение:
       «Для Спинозы субстанция мертва и не активна, но для проницательной мощи 
ума Лейбница все есть живущая активность и активная энергия. Придерживаясь 
этого взгляда, он бесконечно ближе подходит к Востоку, нежели какой-либо другой 
мыслитель современный ему или после него. Его открытие, что активная энергия 
образует естество субстанции, есть принцип, ставящий его в прямую связь с 
Провидцами Востока»1096.
       И лектор продолжает доказывать, что для Лейбница Атомы и Элементы суть 
Центры Силы или, вернее, «духовные существа, сама природа которых есть 
действие», ибо:
       «Элементарные частицы суть жизненные силы, действующие не механически, 
но побуждаемые внутренним принципом. Они есть бесплотные, духовные единицы, 
(все же «субстанциальные», но не «имматериальные» в нашем смысле), недоступные 
никаким изменениям, привходящим извне... (и) несокрушимые никакою внешнею силою.
 Монады Лейбница отличаются от атомов следующими особенностями, которые очень 
важно для нас запомнить, иначе мы не будем в состоянии усмотреть разницу между 
Элементалами и простой материей. Атомы неразличимы один от другого, они 
качественно одинаковы, но каждая монада отличается от другой качественно; и 
каждая из них является своим особым миром. Не так обстоит дело с атомами; они 
абсолютно одинаковы количественно и качественно и не обладают никакой личной 
индивидуальностью1097. Кроме того, атомы (вернее молекулы) материалистической 
философии могут быть рассматриваемы, как имеющие протяженность и делимые, тогда,