умерла С.Ремизова-Довгелло; ее жизненный
путь Р. любовно восстановил в книге <В розо-
вом блеске^ (1954).

Творчество Р. привлекало внимание деяте-
лей французской интеллектуальной элиты 40-
50-х (славистов Поля Буайе и Пьера Паскаля,
литераторов и сотрудников престижного изда-
тельства <Галлимар> М.Арляна, Ж.Поляна, пи-
сателей М.Бриона и Ж.Шюзевиля). Р. много
переводили на французский язык, он выступал
по радио с чтением своих произведений, был
вхож в литературные салоны, о его творчестве
писали крупнейшие французские газеты. Рус-
ские литераторы молодого поколения -
В.Мамченко, В.Сосинский, С.Прегель, В.Андре-
ев, Н.Резникова, Н.Кодрянская - опекали
больного и старого писателя в последние годы
его жизни. В 1946 под влиянием охватившего
после войны часть эмиграции движения за воз-
вращение в Россию Р. получил советский пас-
порт. Вступил в переписку с рядом сотрудни-
ков Института русской литературы (Пушкин-
ский дом) в Ленинграде, присылал в институт
свои книги и рукописи. Похоронен на русском
кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.

Уже в самых первых книгах Р. современни-
ки почувствовали уникальное художественное
видение, тесно связанное вместе с тем с маги-
стральными мировоззренческими и эстетиче-
скими исканиями XX в. Преодоление индиви-
дуалистического, декадансного начала в искус-
стве - задача, весьма актуальная для <млад-
ших символистов> (Блок, Белый, Вяч.Иванов),
- видилась писателю в вовлечении индивиду-
ального творчества в фольклорную традицию, в
приближении к творчеству средневекового ти-
па, анонимному и практически не признававше-
му литературную собственность. В письме Р. в
редакцию <Русских ведомостей> (6.9.1909) по
поводу обвинений писателя в плагиате он вы-
двинул целую программу для авторов-<неоми-
фологов>, близкую к концепции соборности
искусства Вяч.Иванова. Судьбы современни-
ков, живущих на рубеже двух веков (и на сло-
ме двух культур), нерасторжимо связаны для Р.
с самыми глубинными пластами российской ис-
тории. По словам А.Грачевой, <самого себя Р.
воспринимал как носителя коллективного на-
родного сознания, писателя, синтезирующего в
своем творчестве различные срезы единой рус-
ской культуры, развивавшейся от фольклора до
современной индивидуально-авторской литера-
туры как единое целое>. В книгах <Посолонь>
и <К Морю-Океану> реставрируется древнее
мифологическое мировиденье, дана своеобраз-
ная утопия гармоничного единства человека и
природы, <доличностного> восприятия мира: ос-
новной моделью для сюжетов и образов ска-
зок становятся детские игры (<выродившиеся у
взрослых обряды>) и игрушки. Осознание себя
личностью, <повзросление> оказывается в этой
историософской модели трагическим рубежом
человеческой истории, совпадающим с христи-
анизацией мира. Но для средневекового рус-
ского сознания еще характерно одновременное
обращение и к новым, и к старым истокам.
Описывающая этот этап <духовной эволюции>
книга <Лимонарь> проникнута двоеверием и бо-
гомильством - ересью, возникшей внутри хри-
стианства в XII в. и признающей управляющее
миром равновесие между силами добра и зла,
между дьявольским и божеским (аналог в дека-
дентской и отчасти символистской литературе
и искусстве - манихейские этические тенден-
ции).

Неоднозначность, <расколотость> нацио-
нального сознания Р. видел и в современном