тах <Дни> (прервав из-за конфликта с А.Керен-
ским работу в ней с 1925 по 1928) и <Послед-
ние новости>, но, как заметил М.Алданов, если
бы <ненавистник партий>, <анархист> О. <хотел
сотрудничать в газетах, его взгляды разделяв-
ших, то ему сотрудничать было бы негде>. Тя-
готел к циклизации статей, печатавшихся иног-
да по многу месяцев и даже лет; со временем в
них стал преобладать мемуарный оттенок (се-
рия <Встречи> публ. в 1928-34), Сожалел о
разобщенности эмигрантской среды, об отсут-
ствии постоянно действующего писательского
союза и старался поддерживать молодых лите-
раторов - А.Ладинского, Ю.Анненкова, Г.Газ-
донова, В.Яновского. Своими литературными
учителями считал Л.Толстого и Ч.Диккенса. На
долю первого вышедшего за границей романа
О. <Сивцев Вражек> (начат в Казани, первые
главы опубл. в 1926-28 в <Современных запи-
сках>, отд. изд. Париж, 1928; М., 1990) выпал
громадный читательский успех - он был дваж-
ды переиздан, переведен на многие европей-
ские языки, в 1930 получил премию американ-
ского клуба <Книга месяца> (истраченную в
значительной степени на помощь нуждающим-
ся эмигрантам). Действие романа разворачива-
ется в <местах Москвы дворянско-литературно-
художественной>. Чтобы осмыслить россий-
скую катастрофу с точки зрения гуманизма, О.
стремился воссоздать образ жизни, мыслей и
чувств представителей интеллигенции и офи-
церства, не примкнувших ни к одной из проти-
воборствующих сторон, 1-я часть романа пока-
зывала жизнь москвичей накануне и во время
войны, 2-я - в годы революции, они различа-
ются тональностью, большевистский переворот
оценивается через метафорические уподобле-
ния, материал для которых О. черпал в мире
фауны. Язвительно оценила роман З.Гиппиус,
снисходительно - Б.Зайцев, которому роман
показался <сырым>, с явным тяготением к тол-
стовской традиции. Наибольшее нарекание
вызывали пантеистические воззрения авто-
ра, идея нераздельности природного и соци-
ального.

<Повесть о сестре> (СЗ, 1930, № 42, 43;
отд. изд. Париж, 1931) погружала в мир <без-
возвратного>, она навеяна памятью о семье са-
мого О. Родственный чеховским <сестрам> об-
раз чистой и цельной героини О. приглушает
безысходную ноту <общеэмигрантской тоски>,
придает повести теплоту и задушевность.
Здесь, как и в рассказах, О. предпочитал мяг-
кие, задушевные тона, неяркую акварельность.
Автобиографичен и сборник <Там, где был сча-
стлив> (Париж, 1928). 1-ю часть книги - вос-
поминания о жизни в Италии - Г.Адамович на-
звал <стихотворениями в прозе>; о рассказах
из 2-й части он отзывался как о написанных с
<меньшей остротой>, усматривая в них то, что
<на условно-эмигрантском языке принято назы-
вать <березками>. Другие современники видели
в <нежном лиризме> О. его силу, В рецензии на
сборник <Чудо на озере> (1931) К.Мочульский
отмечал мудрую простоту и безыскусный слог
рассказов, способность автора говорить с чита-
телем о самом заветном <от чистого сердца... и,
главное, без ложного стыда>, О. был одним из
самых читаемых авторов Тургеневской библио-
теки в Париже.

Небольшая часть юмористических расска-
зов О., печатавшихся в газетах, вошла в сбор-
ник <Повесть о роковой девице> (Таллин,
1938), Как комический рассказчик О. отличал-
ся изяществом, непринужденностью и удиви-
тельным чувством меры в дозировке серьезно-
го и смешного; современники писали о <блеске
его юмора>, достигаемом прежде всего разно-