закон неизбежной судьбы. В романе <Пробуж-
дение> герой - среднестатистический фран-
цуз, по профессии бухгалтер. Г. со свойствен-
ным русскому писателю вниманием к <малень-
кому человеку> раскрывает его неординар-
ность, уникальность, его тонкую душевную ор-
ганизацию, его скрытые душевные силы, позво-
ляющие ему вернуть к жизни пережившую во
время войны шок, потерявшую память и впав-
шую в животное состояние женщину (своеоб-
разный вариант мифа о Пигмалионе). Очевидны
вера автора в доброе начало человека и воз-
можность хороших концовок в жизни.

По Г., сущность человека часто не видна ок-
ружающим и не всегда ясна ему самому, нуж-
на экстремальная ситуация, чтобы обнажить
скрытое (<Пробуждение>, рассказы <Судьба
Саломеи>, <Панихида>, <Ошибка>, <Нищий>,
<Письма Иванова>, <Счастье> и др.). Г. писал в
основном о русских эмигрантах, но и в произ-
ведениях о французах (<Пробуждение>, <Ни-
щий> и др.) он склонен к <пересаживанию>
русской души во французское тело, его персо-
нажи <заболевают> простыми русскими вопро-
сами о смысле жизни своей и других людей.
Мир прозы Г. отчасти напоминает Набокова
прекрасным русским языком, склонностью к
авантюрным, детективным поворотам сюжета,
загадочными героинями. У Г. нет столь ориги-
нально увлекательной игры приемов, столь бли-
стательного, но холодного эстетизма, столь, по
выражению Адамовича, <безошибочно рассчи-
танной механики>, его мир теплее и лиричнее
мира Набокова. Л.Ржевский назвал его прозу
<медитативной>, она полна мыслей-рефлексов,
идущих иной раз <цепочкой>; <цепочка эта бы-
ла отчасти западнолитературной природы, но
внутренний лиризм целого был неоспоримо
русский, и традиционно русским..., был некий
парадоксализм бытия, спроектированный на
собственно эмигрантскую литературу>. Глубоко
лирическое произведение - роман <Эвелина и
ее друзья>, герои которого верны дружбе уни-
верситетских лет и находят счастье в любви,
Тонкий психолог, блистательный рассказчик и
стилист, Г. продолжил традиции русской клас-
сики, прежде всего А.Чехова и И.Бунина, и
внес в нее свою метафизическую перспективу
- особый, несколько отчужденный, отстранен-
ный, ироничный, усталый взгляд на беспощад-
ную реальность с позиций вечности. Писатель
ощущает <необыкновенную хрупкость жизни>,
<ледяное дыхание и постоянное присутствие
смерти>, но это придает и особую чувственную
выразительность его прозе, ощущение ценно-
сти каждого мига жизни, ее теплоты. Г. прису-
щи ничем не замутненное, ясное понимание аб-
солютных ценностей бытия и того, что <каждая
человеческая жизнь содержит в себе, в своей
временной и случайной оболочке, какую-то ог-
ромную вселенную>.

Лит: Слоним М. Молодые писатели за рубежом //
Воля России, 1930, № 5-6, 10-11; Адамович Г. Памяти
Газданова // Нов. рус. слово, 1971, II дек.; Drenes L.
Russian Literature in Exile: The Life and Work of Gajto
Gazdanov. Munchen, 1982; Бзаров P. О Гаито Газданове
// Лит. Осетия, 1988, № 71; Хадарцева А. К вопросу о
судьбе литературного наследия Гаито Газданова // Там
же; Хадонова Ф. Гаито Газданов // Родник, 1989, № 2;
Ржевский Л. Встречи и письма (О русских писателях за-
рубежья 1940-1960-х п-.) // Грани, 1990, № 157.

Т. Красавченко

\ГАЙСИНСКИЙ Моиз (Моисей) (23.10.1898,
Тараща, Киевской губ., - 10.2.1976, Париж) -
химик. По окончании екатеринославской гим-
назии в 1917 поступил в Харьковский универ-