даже тела животных храмы, человек же – самый высший из них, Тадж Махал. Если я 
не могу поклоняться ему, не остается ничего, чему можно поклоняться. В тот 
момент, когда я почувствую Бога, обитающего в храме каждого человеческого тела, 
когда я остановлюсь с благоговением перед каким-либо из человеческих существ и 
действительно с уверенностью увижу в нем Бога, в тот момент я освобожусь от 
рабства, все прочее для меня исчезнет, и я буду свободен. 
Это практичное, самое практичное из всех богопочитаний. В нем нет никаких 
теоретических умозрений, а между тем, если вы скажете о нем большинству людей, 
они придут в ужас. Они скажут, что оно не верно и станут развивать идеи своих 
дедов, полученные ими от их прадедов двадцать тысяч лет назад, – о Боге, 
обитающем где-то на небесах и сказавшем кому-то, что он Бог. С тех пор мы не 
имели ничего, кроме теорий. По их мнению, это практично, а наши идеи 
непрактичны. Хорошо, – говорит Веданта, – каждый должен идти своей дорогой, 
только ваш идеал – поклонение Богу в небесах, и все связанные с ним идеи, не 
заключая в себе ничего дурного, представляют собою только ступени к истине. Они 
хороши, и между ними можно встретить удивительные мысли; но Веданта постоянно 
говорит: "Друг мой, Тому, Кому ты поклоняешься, как неизвестному, я поклоняюсь 
в тебе. Тот, Кому ты молишься, как неизвестному, и Кого ты ищешь по всей 
вселенной, все время был здесь. Ты живешь Им. Он постоянно присутствует во 
вселенной". "Если существует Тот, Кому поклоняются Веды, и Кто всегда 
присутствует в вечном Я, то существует и вся вселенная. Он – свет мира. Если б 
в вас не было Я, вы не видели бы солнца; все для вас было бы темною массой, не 
существовало бы. Он светит, и вы видите весь мир". 
Обыкновенно спрашивают, не ведет ли это учение к ужасной массе дурных 
последствий? Каждый из нас будет думать: Я Бог, и потому все, что я делаю и 
думаю, хорошо: Бог не может делать ничего дурного. Во-первых, если даже 
допустить возможность такого неправильного толкования, то может ли быть 
доказано, что другое учение не заключает в себе такой же опасности? Люди 
поклоняются богу в небесах, отдельному от них, богу, которого они страшно 
боятся. Они родятся, дрожа от страха, и дрожат всю жизнь. Сделался ли от этого 
мир лучшим? Рассмотрим вопрос с другой стороны. Возьмем тех, кто понимает Бога 
как личного, и так ему поклоняется, и тех, кто поклоняется Безличному Богу. 
Между которыми из них было больше великих мировых деятелей, 
исполинов-работников, могучих нравственных гигантов? Без сомнения, между 
поклонниками Безличного. Как можете вы ожидать, чтобы под воздействием страха 
могли развиться высоконравственные люди? Это невозможно. "Где один видит 
другого, где один обижает другого, – там майя. Когда один не видит другого, 
когда один не вредит другому, когда все становится Атманом, – кто там кого 
видит? Кто кого замечает? Там все – Он и в то же время все – Я. Душа становится 
чиста". Тогда, и только тогда мы понимаем, что значит любовь. Может ли любовь 
явиться вследствие страха? Ее начало – свобода, и только свобода родит любовь. 
Когда мы действительно начнем любить мир, только тогда, но не раньше, мы поймем,
 что значит братство и человечество. 
Таким образом, несправедливо говорить, что это учение (о Безличном Боге) 
поведет ко множеству дурных дел во всем мире, как будто другое учение (о Нем) 
никогда не вызывало зла, не затопляло мир кровью, не разрывало человечество на 
части, не вело к сектарианству, – "Мой Бог величайший из богов. Решим это в 
открытом бою". Таково было следствие дуализма везде, во всем мире. Выйдем же на 
яркий дневной свет. Сойдем с нашего узкого пути. Как может бесконечная 
человеческая душа согласиться жить и умереть в маленьком желобке? Здесь целая 
вселенная света. Все в этой вселенной ваше. Попробуйте протянуть руки и обнять 
в любви всю вселенную. Если вы когда-нибудь почувствуете желание сделать это, 
вы почувствуете Бога. 
Вы помните то место проповеди Будды, где он посылает мысленно любовь к Югу и 
Северу, Востоку и Западу, вверх и вниз, пока вся вселенная не наполнилась этой 
любовью, великой до бесконечности. Испытывать такое чувство – значит, быть 
настоящей личностью. Вся вселенная станет тогда одною личностью, а мелочи пусть 
исчезают. Отбросьте ваши маленькие наслаждения, ради бесконечного блаженства. 
Какая польза наслаждаться ничтожными частицами блаженства? Все, ведь, оно ваше, 
так как вы должны помнить, что Безличное заключает в себе все личное. Таким 
образом, Бог личен и безличен в одно и то же время. То же и человек. 
Бесконечный, безличный человек проявляет себя, как лицо. Мы, бесконечные, 
сократили себя до размеров маленьких кусочков. Мы ограничили себя собственной 
кармой. Она, подобно цепи на шее, тянет нас к ограничению. Разбейте эту цепь и 
будьте свободны. Растопчите закон. Для человеческой природы нет закона, нет 
предопределения, нет судьбы. Как может быть закон в бесконечности? Ее лозунг – 
свобода. Свобода ее природа, ее прирожденное право. Сделайтесь только 
свободными, и вы будете в состоянии принять на себя сколько угодно личностей, 
какие вам нравятся. Тогда вы будете играть ваши партии, как актер, как король, 
выходящий на сцену в роли нищего, тогда как настоящий нищий идет по улице. В 
обоих случаях сцена одна и та же, слова те же; и в то же время какая разница! 
Один наслаждается своим нищенством, а другой страдает от него. Что же делает 
эту разницу? – Один свободен, другой раб. Король знает, что его нищенство не 
действительно, что он сам принял его, взял его только для игры; нищий же думает,
 что оно неразлучно с ним, и он, хочет или не хочет, должен вести его. Это 
закон, и он несчастен. Вы и я, – пока не имеем понятия о нашей истинной природе,
 – такие нищие, порабощенные и затолканные всем, кричащие на весь мир о помощи, 
которая никогда не приходит, старающиеся везде получить ее от несуществующих, 
воображаемых существ и никогда не получающие. Пока мы думаем: "это время, 
наверно, скоро наступит", и в то же время плачем, рыдаем и надеемся, вся жизнь