сам могу не быть строгим вегетарианцем, но мне понятен идеал. Когда я ем мясо, 
я знаю, что это дурно. Если меня к этому даже принуждают обстоятельства, я 
все-таки сознаю, что это дурно. Но это не то, что принижать идеал к 
действительности и стараться оправдывать свою слабость. Я при этом не тяну 
идеала вниз. Идеал заключается в том, чтобы не есть мяса, не причинять 
страданий никакому существу. Животные, будь то кошка или собака, мои братья. 
Если вы так смотрите на них, вы сделали шаг вперед к братству всех душ, не 
говоря уже о братстве людей. Но это рассуждение назовут ребячеством, и оно 
многим придется не по вкусу, потому что проповедует отказаться от 
действительности и подняться выше, к идеалу. Если же вы предложите теорию, 
примиряющую ваше теперешнее поведение с идеалом, вам скажут, что она очень 
практична, В человеческой натуре есть ужасная склонность к консерватизму: мы не 
любим делать ни одного шага вперед. Человечество представляется мне собранием 
людей, замерзающих в снегу, о которых я когда-то читал. Говорят, что они 
чувствуют сильный позыв ко сну и, когда их стараются насильно разбудить, 
говорят: "Дайте мне спать. Так прекрасно спать в снегу!" – и во сне умирают. То 
же происходит и со всеми нами. Мы в течение всей жизни постоянно замерзаем, 
начиная с ног, и нам все хочется спать. Но мы должны проснуться и стремиться к 
идеалу, а если кто-нибудь сводит идеал до нашего уровня, если кто-нибудь учит 
вас, что религия не высший идеал, не слушайте его. Их религия, по-моему, 
непрактичная религия. Если же человек говорит, что религия требует 
осуществления самых высших идеалов в жизни, я с ним согласен. Такой религии 
надо следовать, беречь ее. Остерегайтесь тех, кто старается оправдывать 
тщеславие и чувственные слабости: если вы последуете их учению, вы никогда не 
подвинетесь вперед. Я много видел таких примеров и довольно опытен в этом 
отношении, так как на моей родине секты растут, как грибы. Каждый год 
появляются новые секты. Но я заметил, что из них только те распространяются, 
которые никогда не стараются примирить человека плоти с человеком истины. Везде,
 где возникает ложная идея примирения плотской суеты с высшими идеалами, 
низведения Бога до уровня человека, везде является болезнь. Человека следует не 
унижать до состояния, в котором он находится, но поднимать до Бога. 
При этом мы не должны смотреть с презрением или свысока на других. Все мы идем 
к цели, и разница между слабым и сильным, между светом и тьмою, между 
добродетелью и пороком, небом и адом, жизнью и смертью, между всем, 
противоположным в этом мире – только в; степени, а не в роде, так как все Одно, 
будь то мысль, жизнь, душа или тело, и разница только в степени. А, раз это так,
 мы не имеем права смотреть свысока на тех, кто не достиг той же степени, как 
мы. Не осуждайте никого; если можете протянуть кому-нибудь руку помощи, 
протяните ее; если не можете, сложите ваши руки, благословите его и 
предоставьте ему следовать своею дорогой. Осуждение и порицание дурной спутник 
работы. При них работа никогда не может быть выполнена. Порицая других, мы 
растрачиваем собственную энергию; и со временем узнаем, что все мы имеем в виду 
одно и то же, все более или менее приближаемся к одному и тому же идеалу, и что 
наибольшее между нами различие только в словах. Возьмите даже только что 
высказанное мною понятие Веданты о грехе, и другое: что человек – грешник. 
Практически они одинаковы, только одно из них ошибочно в направлении. 
Распространенное суеверие рассматривает отрицательную сторону, а Веданта 
положительную. Одно показывает человеку его слабости, другая говорит, что 
слабости возможны, но что, несмотря на них, нам предназначено расти. Как только 
человек родился, в нем уже замечается болезнь. Каждый знает ее сам и не 
нуждается, чтобы о ней говорили ему другие. Мы можем забыть о чем-нибудь для 
нас постороннем, можем стараться обмануть других, но в глубине нашего сердца 
все сознаем наши недостатки, Напоминание о наших слабостях, – говорит Веданта, 
– не поможет; нам нужно лечение. Лечение же от слабости состоит не в том, чтобы 
заставлять человека постоянно думать, что он слаб, а в том, чтобы он думал о 
своей силе. Говорите ему о силе, которая уже есть в нем. Вместо того, чтобы 
говорить людям, что они грешники, Веданта учит, наоборот: "Вы чисты и 
совершенны, и все, что вы называете грехом, не ваше". Это только очень слабая 
степень вашего проявления; проявляйтесь в возможно сильнейшей степени. Это 
единственная вещь, которую надо помнить, и каждый из вас может это делать. 
Никогда не говорите: "у меня нет", никогда не говорите "я не могу". Этого не 
может быть, так как вы бесконечны. Даже время и пространство – ничто, 
сравнительно с вашей природой. Вы можете делать все, вы всемогущи. 
Это, конечно, только принципы этики, и мы должны войти в более детальное их 
рассмотрение. Нам надо рассмотреть, как применить Веданту к нашей повседневной 
жизни каждого народа, так как, если религия не может помочь человеку во всех 
положениях и обстоятельствах, от нее мало пользы, – она будет только теорией 
для немногих избранных. Чтобы помогать человеку, религия должна быть способна 
помогать всегда и везде, на службе и в совершенно свободной жизни, при самом 
глубоком падении и при самой высшей чистоте, и только когда принцип Веданты, 
идеал религии, или как бы вы его ни называли, будет осуществлен. Этот идеал 
веры в себя представляет собою самую великую помощь, какая может быть оказана 
человечеству. Я убежден, что, если бы вере в себя более настойчиво учили и она 
более широко применялась, огромная часть наших бедствий и страданий исчезла бы. 
Вся история человечества показывает, что, если в жизни великих людей с самого 
их рождения преобладала какая-либо побудительная сила, то эта сила была верою в 
себя. Они уже родились с сознанием, что должны быть великими, и стали великими. 
Пусть человек падает как угодно низко, но наступит время, когда, после 
настоящего отчаяния, кривая его падения примет направление вверх, и он научится 
верить в себя. Лучше, однако, если мы знаем это с самого начала. Зачем нам