вашего собственного мозга? Я назову вас религиозными с того дня, когда вы 
увидите Бога в мужчинах и женщинах, и поймете, что значит подставить левую щеку 
человеку, ударившему вас в правую.
Когда вы будете видеть Бога в человеке, все, даже тигр, станет для вас желанным 
гостем. Все, что придет к вам, будет Богом в разных формах, Вечным, Единым, 
Блаженным, нашим отцом, матерью, другом, нашей собственной душой, играющей с 
нами.
Есть идеал более высокий, чем называть Бога Отцом. Это звать его Матерью. Но 
есть еще более высокий идеал, называть Его Другом. Еще выше - Возлюбленный. 
Самый же высший - не видеть разницы между любящим и любимым. Вы, вероятно, 
помните старый Персидский рассказ, как один любовник пришел к своей 
возлюбленной. Он постучал в дверь и, когда на вопрос: "Кто там?" отвечал - "я", 
дверь не отворилась. Он пришел второй раз, и повторилось то же самое. В третий 
раз, на вопрос: "Кто там?" он ответил: "это ты, моя любовь", и дверь была 
открыта. То же бывает между Богом и нами. "Ты во всем, Ты - все. Каждый мужчина 
и каждая женщина - Ты, Ты осязаемый, Блаженный, живой и единый Бог. Кто говорит,
 что Ты неизвестен? Кто говорит, что Тебя надо искать? Мы нашли Тебя от 
вечности. Мы от века родились в Тебе. Везде Ты вечно, вечно известен, вечно 
поклоняем".
Дальнейшая идея (Веданты) заключается в том, что другие формы богопочитания не 
представляют собою заблуждения. Одно из важных положений, которого никогда не 
следует забывать, то, что поклонение Богу совершением обрядов и церемоний, 
какими бы грубыми они нам ни казались, не заблуждение. Оно путь от одной истины 
к другой, от более низкой к более высокой. Темнота есть меньший свет, зло - 
меньшее добро, порочность - меньшая чистота. Это, таким образом, взгляд, что мы 
должны относиться к другим с любовью и симпатией, зная, что они идут той же 
дорогой, которую мы протоптали. Если вы свободны, то вы должны видеть, что все 
они поднимаются, чтоб рано или поздно также быть свободными, и если вы свободны 
действительно, как вы можете продолжать видеть преходящее? Если вы 
действительно чисты, как вы можете видеть нечистое? Так как то, что внутри, то 
и снаружи. Мы не можем видеть нечистоту, если не имеем ее сами. Это один из 
практических выводов Веданты, и я надеюсь, что все мы постараемся провести его 
в нашу жизнь. Вся жизнь нам дана для того, чтобы это было осуществлено на 
практике. При этом мы получим чрезвычайно важный результат; мы будем трудиться, 
после того, с чувством удовлетворения и довольства, вместо неудовлетворенности 
и недовольства, так как будем знать, что все в нас, все принадлежит нам, что 
это наше природное право, и нам остается только проявлять его, сделать его 
ощутимым и деятельным.



Часть III

(Лондон, 17 ноября 1896 г.)
В том же Чандогья Упанишаде мы читаем, что мудрец, по имени Нарада, пришел к 
другому мудрецу, Санаткумара, и предложил ему несколько вопросов. Между прочим, 
он спросил, объясняет ли религия вещи, как они есть. И Санаткумара отвечал ему: 
"Есть нечто высшее, чем земля, нечто высшее, чем это высшее земли и т.д.", пока 
не дошел до Акаши, Эфира. "Эфир", - продолжал он, - "выше, чем свет, потому что 
в эфире находится солнце, луна, молния и звезды; в эфире мы слышим, в эфире 
живем и в эфире умираем". На вопрос, есть ли что еще высшее, он указал на Прану.
 Прана, согласно Веданте, есть жизненный, принцип. Она, подобно эфиру, - везде 
находящееся начало, и всякое движение, происходящее в теле, или где бы то ни 
было, производится праною. Прана важнее и более могущественна, чем акаша. 
Праною все живет. Прана есть в матери, в отце, в учителе: она сознает себя 
самою.
А вот другое место, где мальчик спрашивает отца об истине, и отец между прочим 
говорит: "Все сделано из того, что составляет тонкую причину всех вещей. Эта 
причина - все, она - истина, она - ты, о Светакету!" А затем поясняет разными 
примерами: "Как пчела, о Светакету, собирает мед с разных цветов, и мед не 
знает, что он произведен разными деревьями и цветами, так и все мы, происходя 
из того Существа, забыли об этом. О, Светакету, ты - Тот!" Он приводит еще 
пример рек, текущих в океан. "Они не знают, что много раз поднимались вверх (в 
виде пара); так же и мы, выходим из того Существа и не знаем, что были Им. О, 
Светакету, ты - Тот!"
Есть два способа приобретать знание. Один состоит в заключении об общем по 
частному, и другой - в исследовании, насколько возможно, собственной природы 
того, что ищем. Рассматривая первый способ, мы видим, что знание состоит в 
классификации, поднимающейся все выше и выше. Если что-нибудь происходит 
спорадически, мы неудовлетворены. Если же оказывается, что то же самое 
постоянно повторяется, мы довольны и называем это законом. Когда мы видим, что 
один камень падает, нас это не удовлетворяет; но, замечая, что все камни или 
яблоки падают, называем это законом притяжения и довольны; из частного мы 
делаем общий вывод.
Тот же научный процесс следует применять и при изучении религии. Он и здесь 
оказывается удобным, и всегда применялся. В книгах, отрывки которых я переводил 
вам, самая первая идея, которую я мог проследить, это переход от частного к 
общему. Мы видим, как "светлые существа" сливаются друг с другом и переходят в 
принцип и как идеи о космосе становятся все выше и выше, как элементы 
становятся все более и более тонкими и простыми, и из материи обращаются во