да да – иногда нет. Все должно быть 
абсолютно. Каждая ступень, каждая мера связи с Творцом сама по себе совершенна. 
Поэтому нам дана возможность это все промоделировать и сделать в группе: тут мы 
можем в нашем состоянии двигаться различными путями.

Хотя есть два действия отдачи: между человеком и Творцом, человеком и ближним,
 – но действия человека относительно ближнего, относительно группы важней, чем 
действия, направленные к Творцу.

Почему? Потому что действия по отношению к Творцу меня сегодня запутают, я 
совершенно никак не могу относиться к Нему: Он на меня все равно не реагирует, 
и я на Него никак не реагирую. Единственное, что я могу сделать, это через 
отношение к ближнему создать в себе все предпосылки правильного отношения к 
Творцу. Поэтому и говорится, что отношения к ближнему могут привести нас к 
последней, самой высокой ступени, потому что наши непостоянные неопределенные 
состояния востребованы окружением.

Группа требует от меня правильного отношения к ее членам. Они требуют от меня, 
чтобы я их любил, чтобы я к ним правильно относился. Цель более близкая, я вижу 
ее, она осязаема мною. Мои положения, состояния, отношения к группе в различных 
вариациях подлежат контролю и критике, как мною, так и окружающими. В то время 
как относительно Творца я вообще не знаю, где нахожусь, в каких отношениях с 
Ним состою. Я себя могу как угодно сопоставлять с Ним, врать как угодно самому 
себе.

И в этом-то и отличие между коротким путем и не эффективным. Если человек 
правильно принимает данную ему возможность, то делает это через группу. Или же 
он идет длинным и не эффективным путем: у меня есть Творец, я буду отдельно 
сидеть, разбираться сам в этой науке Каббале, вы меня не трогайте, я сам умный. 
Единственная возможность, которая нам дана, чтобы эффективно, четко отработать 
себя – это группа. И если человек от этого убегает, то тут уж ничего не 
сделаешь.

Есть такое простое правило в Торе: «О хеврута, о мэтута», то есть или ты 
находишься в группе, или ты мертвый, духовно мертвый – третьего не дано. И тут 
и происходит, что те умники, которые отказываются от этого, они потом через 
5-10-15 лет (и у меня есть такие примеры) вдруг начинают постепенно понимать, 
что прожили эти годы зря и не смогли наступить на собственный маленький эгоизм, 
чтобы просто отдаться этой работе.

Ничего не поделаешь: надо на себя наступить, надо себя пригнуть. Это неприятно, 
от этого хочется убежать любыми путями и каждую секунду. Ничего не поделаешь – 
другого пути нет. Специально разбита общая душа – для того, чтобы дать нам 
возможность при отработке наших отношений с другими душами найти там свойства 
Творца и там же ощутить Его, и слиться с Ним. Только там – в этом общем кли.

Отношения человека к Творцу, как пишет Бааль Сулам, должны быть постоянны, то 
есть они должны быть абсолютны: как неизменны по времени, так и постоянны по 
своему вектору.

У нас нет ощущения, что требуется что-то выполнять – Творец скрыт от нас. Я не 
знаю, для кого я что-то делаю, и от кого я что-то получаю – я тоже не знаю.

Тут есть возможность для любых фантазий, можно изобретать что угодно. Я слышал 
и слышу на протяжении всей своей практики от людей, которых обучаю, насколько 
они могут запутываться и выдумывать такие состояния, что они якобы уже в Эйн 
Соф и где-то там посреди духовных миров. А на самом деле совершенно еще не 
начали работу над своими свойствами.

Человек быстро привыкает к действиям, а действия, исходящие из привычек, не 
приносят пользу. Относительно Творца, когда я один, я руководствуясь своими 
иллюзиями, придумываю себе всевозможные доводы, обряды, ритуалы и т.д. Люди 
выдумывают такие культы, якобы взаимоотношения с Творцом, прямо строят новую 
религию.

А должно быть просто ясное понимание, что кроме как в группе, среди равных себе,
 у меня нет никакого другого пути сближения с Творцом. И не будет никогда у 
человечества, нам это явно показано на «швират а-келим» (разбиении сосудов), 
разбиении общей души. Данная нам работа состоит в том, чтобы мы ее склеили – 
это единственный путь возврата в то совершенное состояние, в котором она 
находилась, только в авиюте Шореш (0). А мы, когда возвращаемся обратно в то же 
состояние,