лько лишь возрождает доктрину упанишад. 
По-видимому, он черпает свое вдохновение из упанишад, хотя его философия 
развивается в рамках буддистских взглядов и с особой ссылкой на них. В 
результате появился тип мышления, которого не существовало до этого, хотя 
предполагалось, что он должен был бы происходить из Праджняпарамиты. Пожалуй, 
лучше указать, что общее мнение считает шунья-ваду более ранним учением, чем 
виджняна-ваду, хотя никто не может быть в этом уверен. По-видимому, они обе 
развивались рядом. Так или иначе порядок нашего изложения поможет нам увидеть 
логические отношения между двумя системами. 

VI. ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ
Если мы не можем перейти от восприятий к объектам, к которым они, как 
предполагается, относятся или которые они представляют, то как мы можем выйти 
за пределы восприятий к самосознанию, которое, говорят, воспринимает? Мы не 
можем приписывать мышлению реальность, которую мы отрицаем у внешнего мира, так 
как они оба являются сериями преходящих явлений. Мы незнаем, что представляем 
собой сознание, находящееся вне созерцания, чувствования, желания и т.д. 
Субстанция не отличается от атрибутов. Если это так. то она находится вне 
восприятия. Поэтому нет нужды рассматривать внешний мир как проявление 
внутреннего и делать субъект всепроникающим. Йогачары объясняют эмпирический 
мир на основе существования постоянного субъекта. Данный аргумент идет дальше 
этого, и всякая тень души исчезает. Если Йогачары правы, то тогда нет 
познаваемых объектов. Даже виджняна не может существовать, если нет познаваемых 
объектов67. Отсутствие объектов означает отсутствие субъектов. Таким образом, 
теория мадхьямиков отвергает неизменную алаю и оставляет поток идей на произвол 
судьбы. Если объективные отношения не могут быть раскрыты, то нет вообще и мира.
 Внешние объекты, так же как и внутренние состояния, представляют собой пустоту,
 шунью. Мадхьямики говорят, что мы спим, даже когда мы бодрствуем. Под 
давлением логики мадхьямики приходят к выводу о полной необъяснимости субъекта 
и объекта. Объяснения науки и здравого смысла, которые утверждают их 
действительность, интересны и ценны, но они не являются окончательной истиной. 
Поэтому прежде, чем мы попытаемся определить точное значение теории 
феноменальности мира мадхьямиков, рассмотрим аргументы, с помощью которых 
мадхьямики обосновывают свой взгляд. 

Мадхьямики, как показывает это название, занимают среднюю позицию между крайним 
утверждением и крайним отрицанием. Если бы мир был реальным, то в нем не могло 
бы происходить никаких изменений. Совершенствование и просветление возможны 
только в том случае, если мир подвижен и находится в состоянии постоянного 
становления. Комментируя Нагарджуну, Чандракирти замечает: 

"Если бы все имело свое собственное самостоятельное существование, которое 
делает невозможным переход от одного состояния к другому, то как могла бы 
личность желать подняться, если бы она когда-либо этого захотела, выше и выше 
по лестнице существования?" 

Мы не можем делать что-либо в мире совершенном и реальном. Поэтому он должен 
быть нереальным. Нагарджуна говорит: 

"Если вы отрицаете доктрину шуньи, то вы отрицаете причинность. Если бы имелась 
такая вещь, как самостоятельное существование, то многочисленность вещей должна 
была бы рассматриваться как несоздаваемая и неисчезающая, а это равноценно 
вечному ничто. Если бы не было пустоты, то не было бы достижения того, что еще 
не достигнуто, не было бы прекращения страдания или угасания всех страстей"68. 

Природа мира, как развивающегося процесса, заставляет нас отрицать абсолютную 
реальность его. Исходя из этого кажется ясным, что в то время, как Нагарджуна 
отрицает абсолютное бытие мира, он не сводит его к простому ничто. 

Теория феноменальной природы мира мадхьямиков исходит из доктрины 
пратитьясамутпады, или зависимого происхождения. Вещь является множеством дхарм,
 следующих одна за другой в непрерывной последовательности. Индивидуальное 
человеческое бытие представляет собой собрание дхарм, так как каждая мысль, 
чувство или желание является дхармой. Колесница – это название собрания 
материальных дхарм; человек – это собрание материальных и духовных дхарм, 
которые образуют его псевдоиндивидуальность. Вне этих дхарм колесница и человек 
имеют только идеальное существование, существование обозначения (праджняпти). 
Существуют только дхармы, но они обречены на разрушение. Дхармы – это моменты 
непрерывного. Каждая мысль может иметь в качестве ее определяющей причины, или 
пратьяйи, большое количество дхарм, более или менее внешних по отношению к ней: 
объект зрения, зрительный орган и т.д., но ее причиной, или, точнее, так 
называемой хету, является мысль, непосредственно предшествующая ей, так же как 
каждый момент горения зависит от горючего, фитиля и т.д., хотя на самом деле он 
является продолжением предыдущего момента горения. Ничто не существует само по 
себе. Все зависит от чего-либо другого. Мадхьямики не считают все дхармы, а 
равно их собрания, нереальными, хотя они и рассматривают их как феноменальные и 
мгновенные69. Все же следует отметить, что иногда в пылу доказательства они 
утверждают, что все дха