инструментов, они могут обольстить разум премудрого и укротить ярость самого 
жестокого человека. Понеже деньги производят столь странные действия, коими 
истории наполнены, то должно ли удивляться, когда некоторый человек, будучи 
вопрошен, — сколько вещей надобно для войны? — сказал в ответ: три вещи — 
деньги, деньги, деньги»{515}. 
Для чего нужны деньги? Монтекуколи пишет: «Никакое государство не может быть в 
покое, отвращать обиды, а также защищать законы, веру и свободу без оружия; 
всемогущий творец удостоил оное честью, имянуя себя богом воинства. Без войска 
величество государя не может быть почитаемо подданными, что причиняет 
возмущения, ни иностранцами, что бывает источником кровопролитных войн. И самое 
богатство и спокойствие не могут соблюдаться без помощи оружия»{516}. Итак, 
армия, во-первых, орудие внутренней политики, орудие угнетения подданных и, 
во-вторых, орудие политики внешней — защиты и нападения на противника. Что надо 
для содержания армии? Нужны деньги, которые должно дать податное сословие. 
Таков источник существования постоянной регулярной наемной армии. «Война — 
ненасытный зверь»{517}, она требует денег и денег. 
Монтекуколи рекомендовал главнокомандующему, во-первых, неусыпное свое старание 
прилагать к тому, чтобы армия исправно получала свое жалованье, без чего не 
может быть порядка и дисциплины. Следить надо за тем, чтобы кровью заслуженное 
жалованье, «ни часу не задерживая, исправно плачено и без завтраков выдано 
было»{518}. Во-вторых, надо требовать, чтобы списочный состав части 
соответствовал наличному составу, не допуская того, чтобы в полковых списках на 
бумаге людей числилось много, а для «действительной службы насилу половина 
сыщется». 
Таково первое, материальное основание победы. 
Диспозиция (директива, приказ) — вторая, организационная основа победы. 
«Многие линии от пункта к пункту идут, но прямая и кратчайшая из них только 
одна, а все другие кривы и долги. В действительной войне много способов, только 
один из них [533] лучше и надежнее. Сей манер потому наибольшего применения 
достоин, что за основание всей войны почитается. Здесь не способы манерами 
считать, да лучшее мнение выбирать должно. Что лучше, то мудренее, а 
следовательно, и от острейших глаз глубже скрыто»{519}. Первая задача 
заключается в том, чтобы найти лучший способ достижения победы. 
Способ войны выражается диспозицией. «Диспозиция есть распорядок всем и всякого 
звания вещам по качеству и количеству им»{520}. Мудрый монарх со своими 
советниками определяет способ действий. «Совет — основание делам, а мое о нем 
мнение такое: 
1. Советовать исподволь, а исполнять скоро. 
2. Целость и сохранение армии за первый себе закон положить. 
3. Нечто и на удачу отважить. 
4. Случаями пользоваться. 
5. Оружию своему дать славу. 
6. Кто обо всем думает, тот ничего не сделает. А кто мало или почти ни о чем не 
мыслит, тот во многом или почти во всем обманывается»{521}. 
Автор трактата рекомендовал военные правила применять в зависимости от 
обстановки, «по принятому намерению, по способам к получению сего намерения, по 
препятствиям, которые преодолевать надлежит, так же по сравнению и сходству 
минувшего с будущим и настоящим»{522}. 
Для руководства военными действиями разрабатываются общая и особая (частная) 
диспозиции. 
Общая диспозиция относится ко всей войне в целом и предписывает, как войну 
вести. Содержание диспозиции наносится на план. Правильное определение способа 
ведения войны, по мнению Монтекуколи, имеет решающее значение. «Это в аптеках 
обыкновенное правило, что сперва не доваришь, того уже во второй раз, конечно, 
не сваришь. Ежели в указах правительства погрешено, то уже подчиненным эту 
погрешность в исполнениях исправить трудно; а на них часто вся та вина с 
проступками упадет, которую правители в советах и повелениях своих сначала 
учинят»{523}. 
Общую диспозицию автор трактата назвал формой и способом достижения победы. 
Особая (частная) диспозиция, т. е. диспозиция для достижения частных целей, 
также имеет большое значение. [534] 
«Диспозиция, или распорядок к баталии, делается по силе войск, по характеру 
местности, на которой им сражаться, а также по намерению атаки и обороны и по 
надежде помощи»{524}. 
Прежде всего надо исходить из структуры армии и соотношения сил, что определяет 
место и характер действий. При наличии хорошей конницы надо искать чистых полей 
и лугов, при преобладании пехоты надо использовать пересеченную местность. 
«Ежели у тебя армия сильная, ученая и в войне бывалая»{525}, а у противника 
слабая, то надо искать боя; если, наоборот, соотношение сил по качеству и 
количеству неблагоприятное, то надо всеми способами уклоняться от боя, 
выигрывая время. При этом «на роптание народа не смотреть»{526}, лагерем 
становиться перед лицом противника, местность разорять и туда заманивать 
противника, свои войска хорошо обеспечивать продовольствием, коммуникации 
противника прерывать, изнурять его нападением мелких партий. «Ежели сими 
способами поступать, то не только из линий своих не выходя, но с места не 
трогаясь, неприятеля победить можешь. Ты у себя дома и в своей земле будучи, 
всякую со всех сторон и во всякое время помощь получать можешь; а в чужой земле 
стоящий неприятель ни города, ни магазинов, ни жилищ своих не имеючи, ни одною 
ногою об твердую землю опереться, а при том надежною против тебя рукою 
действовать не может»{527}. Здесь Монтекуколи старался показать выгоды