показала, что тоннель разрушен на достаточно большом протяжении, и прорваться 
дальше попросту нереально — по крайней мере без помощи специальной техники.
Экспедиция работала примерно две недели, после чего вспыхнули жаркие споры. 
Одни говорили, что необходимо основать в оазисе небольшой базовый лагерь, 
который и будет в дальнейшем заниматься исследованиями. Другие — что всем нужно 
вернуться на действующие полярные станции, чтобы позже организовать более 
крупную и хорошо оснащенную экспедицию. В конечном счете приказом из Москвы в 
оазисе была организована новая полярная станция, получившая название «Горячий 
ключ». Снабжение осуществлялось по воздуху — контейнеры сбрасывались с 
парашютами.
Впрочем просуществовал «Горячий ключ» всего несколько недель. Сильная буря 
сделала невозможным полеты авиации на пять дней. Вылетевший на шестой день 
самолет сбросил контейнеры с продовольствием и радиооборудованием (станция так 
и не вышла на связь, поэтому предположили, что поврежден передатчик). Когда тот 
же пилот прилетел с новой порцией груза, он увидел, что сброшенные им 
контейнеры никто не подобрал. В оазис была немедленно отправлена 
поисково-спасательная группа, которая не обнаружила никого из персонала новой 
станции. Люди пропали бесследно. Что с ними произошло — так и осталось загадкой.

Новая экспедиция к оазису была организована несколько месяцев спустя, однако на 
месте оазиса самолеты обнаружили лишь снежную пустыню. Ни горячего озера, ни 
построек, ни пашни больше не существовало. Даже точное место, где все это 
находилось еще совсем недавно, установить не удалось.
Однако экспедиция все же не осталась без дела. Потому что к тому моменту 
русская разведка смогла получить сведения об экспедиции Кусто. И все силы были 
брошены на поиски карстовой пещеры, из которой некогда с ужасом бежали 
французы…



ПОД ВОДОЙ И ПОД ЗЕМЛЁЙ

К берегам Антарктиды в 1979 году были переброшены три подводные лодки и два 
исследовательских судна. Русские могли бы собрать и более мощную эскадру, но не 
хотели привлекать излишнее внимание. Тщательное изучение побережья Земли 
Королевы Мод принесло, наконец, желаемый результат: вырывавшееся из-под скал 
теплое течение — главный признак карстовых пещер — удалось обнаружить. А дальше 
в дело вступили, как и в случае с нацистами, подводные лодки.
Гигантский атомный крейсер не смог, разумеется, пробраться в пещеру. Зато это с 
легкостью сделала обычная дизель-электрическая субмарина. Перед восхищенными 
русскими подводниками предстала та же картина, что в свое время и перед 
аквалангистами с «Калипсо»: гигантский подводный храм, поражающий своей 
красотой. Стены его сверкали в свете прожекторов. Впрочем, долго любоваться 
этой красотой моряки не собирались. Имея на руках полные отчеты французской 
экспедиции, они собирались найти ответ на два основных вопроса: во-первых, куда 
ведет таинственный туннель, где погибли люди, во-вторых, что скрывается на дне 
подземного озера?
Таинственного крылатого зверя удалось найти достаточно быстро. Странно только, 
что на этот раз его глаза сверкали не красным, а зеленым светом! Пока археологи 
тщательно изучали руны на обелисках, военные спелеологи двинулись в глубь 
загадочного тоннеля. Вот рассказ одного из них, которого мне удалось отыскать 
много лет спустя:

Мы двинулись по тоннелю, который начинался сразу за скульптурой. Сначала 
коридор шел в горизонтальном направлении, потом начал постепенно уходить вниз. 
Всех поразили абсолютно гладкие и ровные стены — создавалось впечатление, что 
их долго и тщательно обрабатывали. Впрочем, возможно, дело было в потоках воды, 
которые могли тысячелетиями струиться по этой шахте. Мы продвигались медленно и 
осторожно — три человека впереди, еще пять — чуть сзади. Задние тянули 
телефонный кабель, связь с основной группой была постоянной. В полутора 
километрах от входа мы наткнулись на человеческий скелет в остатках 
гидрокостюма. При попытке дотронуться до него он рассыпался в пыль. Еще через 
несколько сотен метров — еще три скелета, один из которых был словно весь 
изломан. Судя по всему, это останки несчастных французов. Дальше они не прошли. 
У нас возникло ощущение, что мы движемся в пасть дракону. Что ж, в пасть — так 
в пасть: мы пошли дальше.
Еще через полкилометра путь нам преградила каменная плита. Мы попробовали 
сдвинуть ее с места, но безуспешно. Оставался только один выход — взрывать. 
Правда, не было уверенности, что при этом не рухнет весь тоннель, но риск стоил 
того. Заложив динамитные шашки, мы отошли назад. Взрыв! Нас сильно тряхнуло, но 
с потолка не упало ни камушка. И, подойдя к плите, мы обнаружили, что она 
совершенно не пострадала. Не было даже трещин. Осмотрев ее поверхность более 
подробно, мы пришли к выводу, что это не камень, а какой-то более прочный 
материал. Оставаться дольше не было смысла, и мы двинулись назад. Когда мы 
выходили из тоннеля, то обнаружили, что цвет глаз каменной кошки сменился на 
красный. Один из нас, шедший последним, утверждал потом, что слышал вдалеке, 
позади себя, какие-то странные звуки. Но вторично мы в эту шахту уже не полезли.


Но моряки на подводной лодке решили тоже не терять времени даром. Им предстояло