восстановлении» разрушенной натовскими бомбардировками стране требовало выдачи 
ее бывшего руководителя. Милошевич не стал ни защищаться до последнего патрона, 
ни пытаться покончить с собой. После нескольких часов переговоров он сдался, 
получив гарантии того, что его доставят в белградскую тюрьму, а не отправят под 
конвоем в Гаагу, чтобы сдать Международному трибуналу ООН по бывшей Югославии. 
Гаагский трибунал обвинил бывшего президента в геноциде и военных преступлениях 
в Боснии, Хорватии и Косове. В частности, Милошевич обвинялся в организации 
массовых расстрелов албанцев в Рачаке в январе 1999 г. Будучи уже подсудимым, 
он отверг все выдвинутые против него обвинения, в ответ обвинив Запад в 
развязывании гражданской войны в Югославии и последующей агрессии. Внимательное 
изучение обвинительного заключения (а это в целом около 1 тыс. страниц) 
позволяет сделать вывод о том, что оно носит исключительно политический 
характер. Больше похожее на детективный роман, чем на юридический документ, оно 
не содержит никаких доказательств вины С. Милошевича. Обвинительное заключение 
выглядело совсем странным. Так, например, Милошевича обвинили в том, что он 
отдал приказ о входе Югославской народной армии на территорию Хорватии и Боснии.
 То, что это было сделано с целью остановить массовые убийства сербов в этих 
государствах, не признали существенным. (!) Незаконные власти незаконно 
отделившихся Хорватии и Боснии пожелали видеть свои новые государства этнически 
чистыми – без сербов. Но об этом в трибунале не было даже упомянуто.
1 сентября 2004 г. Международный трибунал ООН по бывшей Югославии вынес свое 
решение по делу Милошевича. Слободана признали виновным в пытках и депортации 
боснийских мусульман и хорватов и приговорили к 32 годам тюремного заключения. 
Решение было вынесено поспешно, до того, как защита Милошевича исчерпала свои 
аргументы, которых было масса. Экс-лидер Югославии охарактеризовал 
предъявленные обвинения как «недешевый фарс», имея в виду средства, которые 
ушли на сфабрикованное дело (десятки миллионов долларов). На речь в свое 
оправдание Милошевичу отвели только четыре часа, хотя изначально бывший 
руководитель просил на это три дня – столько же, сколько потратили на 
вступительное слово прокуроры, допросившие 298 свидетелей и исписавшие 32 тыс. 
страниц отчетов заседаний. Но в суде решили, что для Милошевича это слишком 
много. Обвиняемый также требовал не ограничивать время своей защиты 150 днями, 
ссылаясь на то, что в распоряжении обвинителей было 300 дней (объем 
представленных ими доказательств составил около 50 тыс. страниц). Но и в этой 
просьбе ему было отказано. Правы были те обозреватели, которые считали, что 
процесс над югославским президентом станет серьезной проверкой для Гаагского 
трибунала и одним из важнейших подобных процессов со времен Нюрнберга. 
Милошевич неоднократно заявлял, что собирается превратить суд над собой в 
процесс над Западом. Гаагский пленник был намерен вызвать более 1600 свидетелей.
 Среди них планировались: экс-президент США Билл Клинтон, премьер-министр 
Британии Тони Блэр, бывший госсекретарь США Мадлен Олбрайт, глава Франции Жак 
Ширак и др. Но справедливого суда добиться ему не удалось – ведь если бы это 
произошло, и приглашенные на процесс стали говорить о затрагиваемых вещах без 
лжи – так, как и обстояли в действительно дела, на скамью подсудимых сели бы 
многие ведущие политики стран НАТО. Единственное, к чему прислушался Гаагский 
трибунал, это заявления Милошевича о его невиновности в массовом уничтожении 
боснийских мусульман. В результате обвинение в этом геноциде с него было снято. 
Но Милошевич все равно стал заключенным на долгие годы.
Европа осознала опасность, исходящую от албанских экстремистов, слишком поздно 
и еще не повсеместно. Но лучше поздно, чем никогда. По крайней мере, однажды 
все узнают, что кто-то желал видеть карту Европы полностью зеленой, а кто-то – 
без непокорных славян.
Теперь проверим катрен.

1. «У оклеветанного Герцога вырывая признание (ответ)». На некоторые вопросы, 
ловко составленные обвинением, Слободан Милошевич мог либо ответить только 
утвердительно, либо промолчать. Но приказов с его подписями, которые 
представлялось бы возможным трактовать как прямо или косвенно причастные к 
любым возможным преступлениям, Гаагский трибунал не нашел. Суд добивался именно 
«признания» Милошевича, лжесвидетельств против себя. Слово
l'esponce в строке похоже на r e s p o n c e («о т в е т»)::
возможно, вековые перепечатки превратили символ «
r»
в символы «
l'
».

2. «Завесу (вуаль) Арабскую увидят (видят), внезапно раскрытую». Строящуюся 
Великую Албанию – «Арабскую завесу» англо-американской игры в Европе, западные 
европейцы все же разглядели. Для этого пришлось ткнуть слеповатого котенка 
мордочкой в миску с молоком. Не последнюю роль тут сыграла последовательная 
роль России, к тому времени уже разобравшейся досконально в природе 1-й 
Чеченской войны. Необоснованная агрессивность Старого Света по отношению к 
Сербии имеет глубокие корни. В сербской части Югославии еще в XIV–XV вв. от 
католической инквизиции укрывались еретики со всей Европы. Потом с сербского 
террориста, убившего Франца Фердинанда (в качестве повода, конечно), началась 
1МВ. Нет нужды говорить, что заносчиво считающие себя образованными европейцы 
на самом деле просто находятся в плену собственных заблуждений, привитых им 
«специализированными» в этом направлении учебными заведениями, и совершенно не 
знают истинной истории. Только поэтому они так легко были обработаны