вследствие их низкого морального духа. Это неправильное утверждение – моральный 
дух французских войск упал после поражения, которого можно было избежать, если 
бы союзные армии получали соответствующие приказы. А так Англия оставила себя 
естественным противником Германии и последней задачей молниеносной войны. 
Английская армия сумела избежать уничтожения и эвакуироваться из Дюнкерка лишь 
благодаря странному приказу Гитлера, который остановил на два дня продвижение 
танковых соединений в тот момент, когда они находились всего в 10 милях от 
единственного оставшегося в распоряжении англичан порта, практически 
беззащитного. Приказ Гитлера потом объясняли целым рядом соображений, и в том 
числе стремлением Геринга предоставить право последнего сокрушительного удара 
немецкой авиации, но в действительности дело обстояло гораздо интереснее.
Хотя большей части английской армии удалось эвакуироваться, практически все 
вооружение им пришлось бросить, а 16 эвакуированных дивизий позже 
переукомплектовывались. Для обороны страны осталась всего одна боевая 
бронетанковая дивизия, а флот ушел в северные базы – подальше от района 
действий немецкой авиации. Если бы немцы высадились в Англии в течение месяца 
после падения Франции, то англичане вряд ли могли бы серьезно воспрепятствовать 
им в этом. Но и вторая остановка немцев на пути к победе над Англией также не 
случайна. Гитлер и командующие видами вооруженных сил не вели никакой 
подготовки ко вторжению в Англию и не разработали даже планов развития успеха 
действий во Франции. Официально Гитлер надеялся, что Англия согласится 
капитулировать или в ответ на такое предложение с ней удастся заключить мир. 
Даже когда всему миру стала очевидной беспочвенность этих надежд, то есть 
блицкриг остался незавершенным, немецкие приготовления в этом направлении 
развивались очень слабо. Когда же немецкой авиации не удалось с ходу одержать 
верх над английскими ВВС в битве за Лондон, командование сухопутных войск и 
командование ВМС Германии не расстроилось. Особенно примечательно, что Гитлер с 
готовностью выслушивал и принимал аргументы в пользу отсрочки вторжения. Записи 
личных бесед фюрера свидетельствуют, что это частично объяснялось нежеланием 
Гитлера вести дело к уничтожению Британской империи, которую он считал 
стабилизирующей силой в мире и надеялся заполучить ее в качестве партнера. 
Однако важнее другое обстоятельство. В своих мыслях Гитлер вновь и вновь 
обращался на восток, к почти неограниченным ресурсам, сулившим господство на 
планете, и это сыграло решающую роль в неприкосновенности Англии, толкавшей 
Гитлера туда же.
Теперь есть возможность проанализировать все эти события. После присоединения 
Австрии Гитлер планировал «разобраться» силовым путем (ему не терпелось 
продемонстрировать мощь вермахта в сражениях после бескровного аншлюса) со 
следующими семью странами: Чехословакия, Польша, Норвегия, Франция, Бельгия, 
Голландия, Англия. Ничего не заметили? Посмотрите четвертую строку катрена: 
«семерых на суше и на море», да еще и «внезапной смерти». Точное описание 
блицкрига! Вторая строка говорит о «двух действиях». Но разве Гитлер хотел не 
одного-единственного – господства «богоизбранного» народа? Любой из нас скажет, 
что явно не только этого. Он не просто хотел войной расширить территории 
Германии, в его планы входило порабощение или уничтожение «второсортных» 
народов, какими он считал всех «не арийцев» по новой идеологии. А кроме 
уничтожения «второсортных» народов для вождя нацистов не последнюю роль играли 
способы, которыми он этого добьется. Ему хотелось громыхания пушек, сверкания 
раскаленного металла, пролития крови, а после этого многочисленных парадов 
победы, всеобщего обожания. Он хотел переплюнуть всех великих полководцев, 
живших до него: Александра Македонского, Юлия Цезаря, Суворова, Наполеона... И 
третья строчка точно передает воинствующий «аппетит» фюрера, как и четвертая.
Выходит, речь в катрене вполне может идти об имперских замахах Третьего рейха. 
А первая строка? Похоже, речь идет о помехе, из-за которой планы сорвались: 
«Неожиданность [новость] и дождь внезапный, стремительный (бурный)». Слово 
«неожиданность» очень непонятно, поскольку говорит о неожиданной помехе Гитлеру,
 которая не дала завершить блицкриг. Однако трудно назвать неожиданностью 
эвакуацию английских частей – это-то как раз и должны были иметь в виду в 
первую очередь немецкие генералы. Какая еще «неожиданность» могла сорвать планы 
Гитлера? Существуют данные о желаниях охочего до славы Геринга, жаждавшего 
предоставить право последнего сокрушительного удара немецкой авиации. Фраза 
«дождь внезапный, стремительный» весьма уместна, так как только серьезная 
помеха могла спутать карты катившимся по Европе железным дивизиям с 
изображениями орлов и крестов. Это Геринг сорвал план блицкрига на самом 
последнем этапе, а «неожиданностью и дождем внезапным, стремительным» 
хитроумный Нострадамус назвал немецкую авиацию! Ученый, очень наблюдательный в 
жизни, мог назвать «дождем внезапным, стремительным» и яростное сопротивление 
английской авиации, не позволившее люфтваффе с ходу завоевать господство в небе 
над островами. Но чтобы не возникло ощущения, что речь в строке идет только об 
английских летчиках, предсказатель добавил слово «неожиданность», которое 
заставляет принимать во внимание и влияние Геринга (желавшего накрыть англичан 
свинцовым дождем) на срыв этим самым победы над Англией.
Проверим катрен построчно.
1. «Неожиданность [новость] и дождь внезапный, стремительный (бурный)». Тут все 
ясно: желание Геринга овеять бессмертной славой люфтваффе и себя позволило 
англичанам отступить, бросив вооружение. Но не было ли все это срежиссировано? 
Конечно, может подразумеваться героическое сопротивление английских летчиков в 
небе Лондона, мало представлявших себе коварные игры своих политиков, но всем 
известно, что немецкая армия не кинулась на Англию согласно блицкригу, а 
большей частью устремилась на восток Европы.