применения силы, и Гитлер сразу же отказался от своих агрессивных планов. Тогда 
фюрера поставил на место Муссолини, которому для этого достаточно было привести 
в боевую готовность и подтянуть к Бреннерскому перевалу четыре дивизии. После 
этого Гитлер фактически сдал всех главарей путча, которых, несмотря на 
обещанный им свободный выезд в Германию, подвергли аресту, причем 13 из них 
повесили.
Однако, несмотря на полученное от Лондона добро на аншлюс, в Берлине царил 
переполох. Австрийский канцлер сделал хитрый ход, объявив плебисцит по вопросу 
о присоединении Австрии к Германии. Результаты плебисцита были очевидны: 
большинство австрийцев выскажутся против такого объединения (у людей оставались 
неприятные воспоминания о предыдущем «военном сотрудничестве» с Германией – в 
1МВ). Предотвращая плебисцит, назначенный Шушнигом на воскресенье, Гитлер 
решился на военную оккупацию Австрии в субботу. 11 марта, в 2 часа ночи, он 
издал директиву по плану «Отто». Утром этого же дня германское правительство 
предъявило Австрии ультиматум. К вечеру вконец запуганный президент Австрии 
Миклас принял отставку канцлера Шушнига и назначил главой правительства лидера 
австрийских нацистов Зейсс-Инкварта. Новоиспеченный канцлер в тот же день 
направил в Берлин телеграмму, в которой буквально умолял Берлин ввести в 
Австрию войска. 14 марта Гитлер торжественно вступил в Вену. На следующий день 
берлинская пресса пестрела заголовками: «Немецкая Австрия спасена от хаоса». В 
ней были помещены сочиненные Геббельсом небылицы о беспорядках, стрельбе и 
грабежах, творимых коммунистами прямо на улицах Вены.
Любопытно, что Адольф Гитлер в Вене больше всего обрадовался одному трофею 
среди сокровищ дворца Хофбург: копью Лонгина. Есть сведения, что Гитлер даже 
провел целую ночь наедине с этим копьем. По преданию, копье, которым Лонгин 
пронзил ребра Спасителя, дает власть над всем миром. Многие страны хотели 
обладать этим оружием, что привело в конечном итоге к некоторой путанице, 
например, альтернативный наконечник копья Судьбы принадлежит Армянской церкви. 
Он был принесен в Армению святым апостолом Фаддеем. Какое копье Лонгина из них 
подлинное – доказательств не имеется. Всегда были высказывания, что во дворце 
Хофбург хранится копье святого мученика Маврикия или другое, а подлинное копье 
Лонгина где-то в другом месте. Но Гитлер был убежден, что подлинное копье 
Судьбы в Австрии. Чаша Грааля, копье Судьбы, меч святого Маврикия – все эти 
евангельские реликвии воспринимаются нами как нечто мифологическое, сказочное. 
По преданиям, древние реликвии обладают сверхъестественными возможностями, а 
тот, кто завладеет ими, откроет путь к мировому господству. Конечно, такие 
ценные библейские реликвии, как чаша Грааля и копье Судьбы, не могли не 
интересовать Третий рейх, и конкретно Адольфа Гитлера. Позже он любил 
повторять: «Я иду туда, куда мне предписывает идти Провидение. Я верю в магию 
Копья». Копье Судьбы, по его мнению, должно было аккумулировать магические силы,
 унаследованные в крови богоизбранного народа. Таким народом Гитлер считал 
немцев-арийцев, почему-то определяемых им единственными наследниками древних 
ариев.
Следующим объектом умиротворения Германии стали Судеты, принадлежавшие в то 
время Чехословакии. Схема «мирного» присоединения Судет к Германии была 
достаточно незатейлива: использовалась технология, уже опробованная при аншлюсе 
Австрии. Из Берлина были спровоцированы беспорядки в среде немецкого 
национального меньшинства, а лидер судетских немцев Генлейн получил от Гитлера 
приказ. В мае наступила кульминация спровоцированных фашистами беспорядков 
среди судетского немецкого меньшинства. А 3 мая германский посол в Лондоне 
Герберт фон Дирксен доложил в Берлин, что лорд Галифакс уведомил его о демарше, 
который британское правительство намерено вскоре предпринять в Праге, «чтобы 
убедить Бене-ша удовлетворить максимум требований судетских немцев». Поскольку 
между Парижем и Прагой существовал договор о взаимопомощи, французы могли 
вмешаться и сорвать очередное умиротворение Гитлера. Для того чтобы не 
допустить помощи Чехословакии со стороны Франции, Галифакс 22 мая направил в 
Париж официальное заявление о том, что Лондон не намерен помогать Франции, если 
она вступит в войну с целью защиты Чехословакии от германской агрессии. Более 
того, Британия потребовала, чтобы, прежде чем принимать какие-либо меры, 
которые могут обострить положение или привести к войне, французы 
проконсультировались с английским правительством. В Париже правильно поняли 
далеко идущие антикоммунистические планы своего соседа и уже к концу весны 
правительства Англии и Франции стали совместно оказывать жесткий нажим на Прагу,
 добиваясь от нее серьезных уступок судетским немцам. Прессинг, осуществляемый 
со стороны Германии, Англии и Франции, вынудил президента Чехословакии Бенеша 5 
сентября принять все условия лидеров проберлинской партии в Судетах. Однако это 
было совсем не то, на что рассчитывал Берлин: агрессия против Чехословакии 
лишалась «морального» обоснования. По приказу из Берлина переговоры с Бенешем 
были немедленно прерваны. А 12 сентября во время выступления в Нюрнберге Гитлер 
потребовал «справедливости» для судетских немцев и определил 1 октября как дату 
вторжения в Чехословакию.
Чемберлен, заслышав об угрозе войны, 15 сентября вылетел на встречу с Гитлером. 
Фюрер заявил ему, что хочет мира, но из-за чехословацкой проблемы готов и к 
войне. Впрочем, войны можно избежать, если Британия согласится на передачу 
Судет Германии на основе права наций на самоопределение. Чемберлен со своей 
стороны давно уже соглашался с передачей Судет Германии. Поэтому он с легкостью 
обещал фюреру провести консультации по этому вопросу со своим кабинетом и с 
правительством Франции. В ночь на 21 сентября английский и французский 
посланники в Чехословакии заявили чехословацкому правительству, что, если оно 
не примет англо-французских предложений, французское правительство «не выполнит