«Mop и голод начнутся в Болгарии…»
Смерть Ванги не все приняли как реальность. Многие верят в ее бессмертие и не 
могут свыкнуться с мыслью, что необыкновенная великая Ванга ушла из жизни, как 
обычные люди. Другие согласны, что физически она покинула Землю, но что ее дух 
жив и витает над местностью Рулите.
Говорят, что еще сорок дней после смерти душа человека связана с его телом. 
После того как она отделится и вознесется на небо, дух усопшего является его 
близким и родным и оповещает их, что отныне он принадлежит другому миру.
И до сороковин, и после них подруги и близкие, кому она поверяла своя мысли, 
видят ее во сне. Одной Ванга сказала, что чувствует себя хорошо и что ничего у 
нее не болит. Другой — что в 1997 году Болгария переживет самый тяжелый и 
голодный год.
Витка, Ценка, Атидже и Спаска были подругами Ванги долгие годы. Витка помогала 
ей по хозяйству и заботилась о ней до последнего дня, Ценка вот уже 18 лет 
живет в Рупите в 20 метрах от домика Ванги. Спаска ухаживала за ее садом и 
любимыми цветами, а Атидже была ее верной приятельницей в Петриче.

Витка:
«Перед тем как отметить 20 дней ее ухода из жизни, я увидела Вангу во сне. Она 
мне сказала: «Витка, не забудь сварить кутью. Прошлый раз ты не сварила, 
постарайся сейчас не забыть!»

И правда, когда отмечали 9 дней, про кутью забыли. А она очень ее любила — 
простую, на воде, с солью и постным маслом. Сварила я кутью, и собравшиеся на 
поминки, а их было много, все кутью ели. После сороковин Ванга явилась мне во 
сне живая, веселая. Мы решили пойти погулять. Но тут пришел ее сын Митко и 
говорит мне: «Скажи маме, что один наш родственник из Сандански умер и нужно 
отвезти его на машине». А Ванга услыхала наш разговор и кричит: «Знаю, Митко, 
знаю! Иду его встретить».
«Витка, ничего у меня не болит. Прыгаю, как молодка» — такой она мне приснилась 
незадолго до праздника святой Петки. А ведь ей было так тяжело в последние дни…
Спасибо тебе, Ванга, что хотя бы во сне я тебя вижу и слышу, а то как бы я 
пережила твою смерть!»

Ценка:
«В ту ночь, когда ее отвезли в больницу, она попросила принести ей диких груш. 
Утром бегу к ней, а Витка мне говорит, что ее уже увезли. Сердце у меня так и 
сжалось — ведь я не исполнила ее последнего желания!

Незадолго до ее смерти я заходила к Ванге, она все спрашивала, не попадался ли 
мне белый цикорий. Я столько лет собираю травы, но цикорий с белыми цветами не 
встречала — все синий рвала. Я ее спросила: «На что тебе, Ванга, белый 
цикорий?» А она молчит, ничего не отвечает. Так и ушла в мир иной, не объяснив, 
зачем ей был нужен белый цикорий.
Незадолго до ее сороковин вот тут, на мостике, я траву собирала. Не поверите, 
но вдруг вижу — два стебля цикория с белыми цветами! Сорвала я цветы и положила 
ей на могилку. И что вы думаете? Во сне является мне Ванга, жива-живехонька, 
стоим мы с ней вдвоем под тополем. «Ценка, когда расцветет белый цикорий, мор и 
голод наступят в Болгарии. Мор и голод!» — сказала она мне. Я проснулась и до 
утра не могла уснуть. Что за напасть такая нас ждет, коли Ванга при жизни 
ничего мне о ней не сказала…»

Атидже:
«Приснилась мне Ванга накануне сороковин. Будто бы мы с ней рвем в саду персики.
 Она просит меня сорвать по одному для нее и для меня. А другие, говорит, 
оставь, не рви, за нами еще много голодных людей ждет!»


Спаска:
«Не повезло мне с мужем, горький пьяница попался. Когда становилось совсем 
невмоготу, я бежала к Ванге. «Это твоя судьба, дочка, так тебе на роду написано.
 Жить тебе с ним до конца дней своих. Посмотри на меня и утри слезы», — 
говорила мне она.

В последние дни, когда она еще могла говорить, я была у нее и пожаловалась на 
жизнь. А Ванга тихонько, почти шепотом сказала:
«Будет еще хуже, дочка, совсем плохо. Тяжелые годы нас ждут. Кто-то уцелеет, но 
много людей погибнет».
Ванга и раньше предупреждала, что наступает лихое время, но, Господи, думала я, 
куда уж хуже, и без того детей едва могу прокормить. Видно, она хотела сказать, 
что их ждет что-то плохое…
После ее смерти как-то ночью мне не спалось, все думала, на что хлеба купить, 
что на стол поставить. Приснилась мне Ванга. «Спаска, — говорит, — не упреждала 
ли я тебя, что плохое еще впереди? Не бойся, завтра у детей еда будет, но через 
два месяца…»
Я проснулась и продолжения ее слов уже не слыхала. Должно быть, она 
предсказывала что-то ужасное.
А что Ванга скажет, даже с того света, непременно сбудется!»
Сложные вопросы ставит перед нами человеческая жизнь. Еще сложнее вызов,