точных расчетах. Говоря другими словами, риск полководца должен быть разумным. 

В этой связи вспоминается как один из примеров разумного риска фланговый маневр 
Брянского фронта в одноименной операции советских вовек. 

Фронт, как известно, успешно громил орловскую группировку противника в ходе 
нашего контрнаступления летом 1943 г. и в течение длительного времени 
безостановочно шел вперед. К началу сентября он оказался перед мощной обороной 
немецко-фашистских войск, проходившей по восточному краю широкой полосы 
Брянских лесов. Сил для разгрома врага у фронта, понесшего к тому времени 
серьезные потери, не хватало. В поисках путей решения задачи командующий 
фронтом генерал М. М. Попов 5 сентября 1943 г. натолкнулся в разведсводке 
соседнего справа Западного фронта на упоминание о легком захвате небольшой 
высоты на стыке с Брянским фронтом, ранее неоднократно и безуспешно атакованной 
нашими войсками. Были пленены солдаты противника из нестроевых частей. Стали 
выяснять, почему так произошло. Оказалось, что ранее оборонявшие высоту 
гитлеровские части перегруппировались на другие участки обороны, а сюда были 
выведены подразделения, сформированные из тыловиков. 

Тогда-то у М. М. Попова и возникла мысль нанести удар через полосу соседа в 
районе захваченной у противника высоты, прорвать ослабленную здесь оборону и 
бросить в прорыв кавалерийский корпус генерала В. В. Крюкова. Стремительный 
рывок массы конницы, направленный в тыл главных сил противника перед Брянским 
фронтом, должен был, по мысли командующего фронтом, дезорганизовать оборону 
немецко-фашистских войск. 

Ставка не сразу дала тогда согласие на проведение операции из-за ее 
рискованности. Предстояло, в частности, перегруппировать вдоль фронта 
значительную массу войск и действовать через полосу соседа. Такого рода 
перегруппировки, проводимые в непосредственной близости от противника (а в 
данном случае было именно так), очень опасны. К тому же на успех операции можно 
было надеяться только в случае внезапности действий. Чтобы обеспечить последнюю,
 нельзя было на той местности перетягивать в другой район артиллерию Брянского 
фронта и приходилось рассчитывать только на удары авиации и "катюш". Комфронта 
решил использовать артиллерию соседа - 10-й армии Западного фронта, но ее было 
мало, а боеприпасов и того меньше. Поэтому снаряды для орудий соседа 
приходилось нести на руках тем войскам, которые перегруппировывались для 
задуманного флангового удара. Конечно, все передвижения предстояло проводить 
только ночью, при строжайшей маскировке, а перегруппировку сил выполнить всего 
за 40 часов на расстояние 80-100 км. Не было сомнений, что даже при самых 
благоприятных обстоятельствах коннице предстояли в тылу противника чрезвычайно 
тяжелые бои. 

Не один раз Верховный Главнокомандующий задавал тогда Генеральному штабу 
вопрос: какая вероятность успеха есть у этой операции? Ответ был однозначным 
все были убеждены в успехе замысла командующего Брянским фронтом. По настоянию 
М. М. Попова днем 5 сентября 1943 г. А. И. Антонов доложил И. В. Сталину еще 
раз по поводу флангового удара Брянского фронта и высказался за проведение 
операции. Верховный Главнокомандующий, однако, сам позвонил тогда командующему 
фронтом и спросил, ручается ли тот за успех. Командующий поручился. Начало 
наступления здесь же наметили на утро 7 сентября. 

Подготовка операции проходила при самом жестком контроле со стороны 
командования за соблюдением мер сохранения тайны. Фланговый удар был 
осуществлен с большим искусством. Поставленный под угрозу разгрома с тыла, 
противник бросил полосу Брянских лесов и быстро откатился за Сож и Днепр. 

На войне нельзя действовать на авось, исходить из предвзятого мнения и очертя 
голову решаться на какое-либо предприятие. Это будет не разумный риск, а 
авантюра, которая обходится в сотни, а то и тысячи человеческих жизней. 
"Мастерами" таких "предприятий" были Гитлер и его военачальники. Начать хотя бы 
с их главной авантюры - войны против Советского Союза, пресловутого плана 
"Барбаросса". В нем ни много ни мало говорилось так: "Германские вооруженные 
силы должны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной 
кампании еще до того, как будет закончена война против Англии... Конечной целью 
операции является создание заградительного барьера против Азиатской России по 
общей линии Волга - Архангельск. Таким образом, в случае необходимости 
последний индустриальный район, остающийся у русских на Урале, можно будет 
парализовать с помощью авиации". Чего в этом документе больше авантюризма, 
тупости или прусской самоуверенности? Всего здесь через край! В течение войны у 
гитлеровцев немало было авантюр, кончавшихся крахом. 

Риск, не основанный на расчетах и предвидении, к сожалению, встречался и у 
наших военачальников. Были и примеры нежелания рисковать, тоже не принесшие 
успеха. В этой связи характерно наступление Юго-Западного фронта из района 
барвенковского выступа под Харьковом в мае 1942 г., предпринятое по инициативе 
Военного совета Юго-Западного направления. О нем много написано, и мне остается 
обратить внимание читателя лишь на одну из причин неудачи наших войск, обычно 
не упоминаемую. Эта причина - в одном случае неоправданный риск командования, а 
в другом - его нежелание рисковать, когда это оправдывалось обстановкой.