И противник и командующий 4-м Украинским фронтом И. Е. Петров ухватили суть 
дела. Однако реагировали на развитие обстановки, конечно, каждый по-своему. 
Немецко-фашистское командование было вынуждено снять часть сил с других 
направлений своей обороны перед 4-м Украинским фронтом и срочно бросить их 
прежде всего в полосу действий 1-й гвардейской армии. Это было замечено И. Е. 
Петровым, который двинул вперед 18-ю армию и 17-й гвардейский стрелковый корпус.
 Теперь фронт наступал всеми силами. 

Генеральный штаб внимательно анализировал каждое решение командующих фронтами. 
Не составило исключения и решение командующего 4-м Украинским фронтом. При этом 
было замечено, что И. Е. Петров, пытаясь обойти горные хребты, отворачивал свои 
силы от направления на Команьчу, намеченного Ставкой. Это расстраивало 
взаимодействие с 38-й армией, наступавшей в трудных условиях. Обстановка 
требовала не разобщения, а тесной взаимосвязи и взаимопомощи всех сил, 
участвующих в операции. 

По докладу Генштаба советское Верховное Главнокомандование обратило тогда 
внимание И. Е. Петрова на необходимость уточнить его решение и приказало 
основным направлением наступления фронта иметь Команьча, Гуменне, Михальовце. 

Верховный Главнокомандующий, стараясь всеми возможными средствами ускорить 
продвижение наших войск в Карпатах, велел своему заместителю маршалу Г. К. 
Жукову, находившемуся тогда у К. К. Рокоссовского на 1-м Белорусском фронте, 
побывать у И. С. Конева и И. Е. Петрова, чтобы лично разобраться в обстановке и 
подумать, нельзя ли там ускорить наше наступление. Он дал маршалу право, если 
потребуется, приказывать от его имени. 

19 сентября Жуков прилетел на 1-й Украинский фронт и убедился, что тяжелая 
обстановка там совпала с теми данными, которые докладывал в Ставку И. С. Конев. 
Заместитель Верховного Главнокомандующего увидел, как велики тут силы 
противника и как непросто нашими ограниченными средствами сломить оборону врага 
в горах. Георгий Константинович тогда доложил: "У Москаленко мало стрелковых 
дивизий, а действующие - переутомлены, малочисленны". 

На следующий день Г. К. Жуков был уже на 4-м Украинском фронте у И. Е. Петрова. 
Заместитель Верховного Главнокомандующего досконально разобрался здесь в 
обстановке и доложил И. В. Сталину: "Ознакомившись с группировкой сил и средств 
армий Петрова, я считаю, что силы и средства нацелены правильно. Лично Петров 
правильно понимает построение операции и свое дело знает неплохо". Вместе с тем 
маршал отметил некоторые недочеты ведения боевых действий и от имени Верховного 
Главнокомандующего потребовал незамедлительного ввода в бой 3-го 
горнострелкового и 11-го стрелкового корпусов на участке А. А. Гречко и 
немедленного перехода в наступление четырех дивизий 18-й армии в тесном 
взаимодействии с 1-й гвардейской армией. В этом случае на правом фланге 4-го 
Украинского фронта могло наступать такое количество войск, которое обеспечило 
бы ускорение прорыва на Прешов и Команьчу. Подобные же меры активизации 
действий были предложены и на левом фланге, где войска И. Е. Петрова 
взаимодействовали со 2-м Украинским фронтом. 

В заключение представитель Ставки сообщил: "С Мехлисом Петров работает дружно, 
и Петров никаких претензий к Мехлису не имеет"{55}. Эта приписка маршала была 
свидетельством величайшей личной чистоты и терпимости Ивана Ефимовича Петрова, 
который разобрался в Мехлисе, понял, если так можно сказать, особые черты его 
характера и нашел в себе силы сотрудничать с ним, как того требовали долг и 
совесть коммуниста. 

Поездка представителя Ставки на место действий войск явилась важным 
организующим элементом еще более активного наступления советских войск в 
Карпатах. Результаты не заставили себя ждать: 20 сентября 1-я гвардейская армия 
пересекла чехословацкую границу, а 25 сентября 38-я армия 1-го Украинского 
фронта, отбросив врага к Главному Карпатскому хребту, завязала бои за перевалы. 
Значительные успехи были достигнуты также на других участках 4-го Украинского 
фронта, где действовали 18-я армия генерала Е. П. Журавлева и 17-й гвардейский 
стрелковый корпус генерала А. И. Гастиловича. Армия Журавлева рванулась на 
Ужгород, а корпус Гастиловича - на Мукачево и вскоре овладели этими важными 
административными центрами Закарпатья. Теперь главный горный хребет был уже 
позади! Но до района Словацкого национального восстания было еще далеко... 

Весь октябрь 1944 г. бои в Карпатах не утихали ни днем ни ночью... Пока 
советские войска и корпус Свободы ломали германскую оборону, советское 
командование уделяло не меньшее внимание снабжению восставшей Словакии оружием, 
боеприпасами, снаряжением, медикаментами. При благоприятной погоде самолеты с 
оружием прибывали в Словакию каждую ночь. В общей сложности в 1944 г. было 
направлено повстанцам свыше 10 тыс. винтовок, автоматов, карабинов и пистолетов,
 около тысячи пулеметов, сотни противотанковых ружей, несколько миллионов 
патронов. 

На помощь восстанию были переброшены воздушным путем сформированные в СССР 2-я 
отдельная чехословацкая воздушно-десантная бригада, 1-й чехословацкий 
истребительный авиаполк, много инструкторов и партизанских командиров. Бригада