болгарскую казарму. Кому-кому, а советскому командованию картина клокотавшего 
страстями солдатского дома была отлично знакома по опыту нашей революции. Было 
ясно, что накал многоголосых митингов отнюдь не служил признаком 
небоеспособности войск, а являлся лишь средством поиска истины, которую хотел 
себе уяснить в ходе народного восстания каждый болгарский воин, определяя свое 
место в потоке исторических событий. 

Естественно, не все солдаты и офицеры сумели сразу осмыслить все то новое, что 
родилось в стране с победой народного восстания. Кое-кто не подчинялся приказам 
офицеров, не имея представления о политических взглядах своих начальников. Были 
и такие, что думали больше об оставленном в деревне хозяйстве, чем о политике. 
Новое тогда существовало рядом со старым, и не всегда находились люди, 
способные разъяснить, за кем стоит будущее, поскольку слово коммунистов пока 
еще не везде успело сделать свое дело. 

Изменить в короткий срок политическое существо и дух армии, ранее служившей 
монархическому профашистскому строю, поставить войско на службу завоеваний 
Сентябрьского народного восстания было задачей большой трудности. В Генштабе 
тоже занимались этим вопросом и не раз спорили относительно того, помогают или 
мешают солдатские комитеты, возникшие в ходе восстания в частях, укреплению 
порядка, мобилизационной и боевой готовности войск, строительству новой 
болгарской армии. 

Болгарская рабочая партия умело определила момент, когда, по мере укрепления 
офицерских кадров за счет преданных народу людей, солдатские комитеты 
постепенно исчерпали себя и могли стать, в случае их сохранения, помехой 
укреплению дисциплины и единоначалия в войсках, делу подготовки армии к 
действиям на фронте. Комитеты постепенно распускались. 

Поскольку новый командный состав был не всегда хорошо подготовлен в военном 
отношении, возникла мысль помочь болгарским войскам советскими военными 
советниками. Первым ее выразил И. С. Аношин в одной из своих докладных 
телеграмм члену Военного совета 3-го Украинского фронта А. С. Желтову. 

А. С. Желтов поддержал предложение. Он обратил на него внимание Ф. И. Толбухина 
и высказался за то, чтобы поставить вопрос о наших представителях перед 
Генеральным штабом. Командующий согласился. 

По указанию командующего фронтом С. С. Бирюзов имел на эту тему разговор с К. 
Георгиевым и Д. Велчевым, и те решили официально просить СССР послать советских 
офицеров в болгарские войска в качестве представителей, а точнее инструкторов 
по вопросам боевой подготовки. 

20 сентября на имя А. И. Антонова прибыла телеграмма с 3-го Украинского фронта, 
где Ф. И. Толбухин поставил вопрос о советниках уже от лица болгарского 
правительства. 

Телеграмма была доложена в Ставке, и вскоре Советское правительство согласилось 
послать офицеров Красной Армии в болгарские соединения, но только в те, которые 
действовали совместно с войсками 3-го Украинского фронта. 

С начала октября 1944 г. семь советских полковников прибыли в болгарские 
войска: в 4-ю пехотную дивизию - Татарчевский, 5-ю - Херасков, 6-ю - Титов, 9-ю 
- Галиакберов, 12-ю - Григорьев, 1-ю и 2-ю кавалерийские дивизии соответственно 
- Шафорост и Пожидаев. Советники не командовали, а давали деловые предложения в 
случаях, этого требующих. Несколько позже в качестве главы группы советников 
был назначен генерал-майор А. В. Благодатов. 

Поскольку командиры болгарских дивизий и полков серьезного боевого опыта не 
имели, помощь советских товарищей была очень кстати. Нашим представителям 
приходилось вникать буквально во все вопросы организации боевых действий, 
боевого обеспечения. В особенном внимании нуждались вопросы разведки и 
управления войсками. Этого требовала сама жизнь. Полковник Татарчевский, 
например, докладывал о состоянии разведки в соединении, где он работал: 
"Разведку дивизия не организовала, сведения о противнике получали от местных 
жителей и партизан. Сведения о противнике были неправдоподобны и неточны". Не 
лучше обстояло дело и с другими вопросами. 

Большую помощь в организации политико-просветительной и воспитательной работы 
оказали молодой народной армии Болгарии советские политработники. Болгарские 
товарищи доброжелательно встретили советских офицеров, с большим интересом 
перенимали у них опыт, приобретенный в трудной борьбе против немецко-фашистской 
армии. Быстро установились плодотворное взаимопонимание и доброе сотрудничество,
 породившие крепкую боевую дружбу на долгие времена. 

Болгарская рабочая партия и Отечественный фронт успешно справились с 
реорганизацией болгарской армии. Они влили в нее революционные силы 
Народно-освободительной повстанческой армии. Командиры партизанских частей 
сохранили за собой командные посты в соединениях и частях. Бывшие бойцы 
народного фронта борьбы против монархо-фашистского строя явились становым