располагались в боевых порядках пехоты, действовавшей против частей прикрытия 
противника в пойме. Там - в протоках, каналах, у дамб артиллеристы-разведчики 
вели свою боевую работу. Разведывательно-корректировочная авиация засекала 
вражеские батареи, места расположения танков. 

"Аировский центр" сумел за 4 дня частной операции вскрыть группировку 
артиллерии, минометов, позиционные районы и сеть наблюдательных пунктов 
противника по западному берегу Вест-Одера. 

В дивизиях с особой тщательностью отбирали людей в разведотряды. Действовать 
предстояло в трудных и своеобразных условиях. Капризы Одера в низовьях велики. 
Подует с моря штормовой ветер - оба рукава соединяются, и создается впечатление,
 будто река имеет четырехкилометровую ширину. Вода в пойме прибывает на глазах 
(шлюзовую систему в устье немцы разрушили). Она заливает все пространство на 
глубину 40-60 сантиметров; лишь, как островки, виднеются дамбы и бетонные устои 
взорванной автострады и железнодорожного моста, занятые боевым охранением 
противника. 

Дьявольски сложная река! "Два Днепра, а посередке Припять", как сказал сержант 
Пичугин. Вместе с генералом Швыдким мы вышли ночью на берег и встретили группу 
разведчиков 14-й инженерно-саперной бригады. В ней был и старый солдат. 
Дошел-таки до последнего рубежа! И Василий Швец, между прочим, дошел - жив и 
невредим. На Одере он уже командовал саперной ротой с таким же мастерством и 
самоотверженностью, как на Днепре. Поставил канатный паром. Первый танк через 
Ост-Одер рота Швеца переправила через два с половиной часа после начала 
форсирования. 

На опыт таких людей и опирались командиры дивизий, готовя бой за пойму. Данные 
о составе разведотрядов 37-й гвардейской дивизии: в отряде 109-го гвардейского 
полка (усиленный батальон) - 32 ветерана, форсировавших Сев, Днепр, Нарев и 
другие реки, 103 орденоносца, 58 коммунистов, 40 комсомольцев; в отряде 118-го 
гвардейского полка - 39 ветеранов, 83 орденоносца, 54 члена партии, 48 
комсомольцев... Комдив гвардейцев Кузьма Евдокимович Гребенник справедливо 
говорил, что каждый из этих солдат стоит десяти... 

Задача, поставленная перед отрядами: уничтожить боевое охранение и части 
прикрытия противника в междуречье, взять контрольных пленных, разведать боем 
начертание переднего края главной полосы обороны противника, выйти к исходу 17 
апреля на Вест-Одер и, захватив дамбу его восточного берега, удерживать до 
подхода основных сил дивизий. Так выкристаллизовывалась идея последовательного 
форсирования Ост-Одера, поймы и Вест-Одера. 

В ночь на 15 апреля четыре дивизии первого эшелона бросили свои отряды в 
междуречье. Началась напряженная борьба, имевшая чрезвычайно важное значение 
для наступления главных сил армии. Из героев этих дней назову прежде всего 
майора Кузнецова, возглавившего отряд 186-й дивизии, и командира 444-го полка 
108-й дивизии подполковника Абилова. В темноте, без единого выстрела отряды на 
лодках переправились через Ост-Одер и внезапно атаковали земляную дамбу в пойме 
(высота дамбы до двух метров, скаты одеты камнем). Шли на сближение с 
противником порой по пояс в воде, завязывали рукопашные схватки в трясине, 
неоднократно отражали контратаки. 

108-я Бобруйская дивизия П. А. Теремова сыграла выдающуюся роль в боях за 
междуречье. Она очищала пойму в районе автострады Гданьск - Берлин (южнее 
действовали гвардейцы), где немцы укрепились сильнее всего. Пусть читатель 
представит себе устои разрушенной магистрали - мощные железобетонные сооружения 
с амбразурами для ведения огня; внутри, на глубине до 12 метров, вместительные 
казематы. Гарнизоны вооружены фаустпатронами и крупнокалиберными пулеметами. 
Держат под сплошным пулеметным огнем пойму и корректируют огонь своей 
артиллерии и авиации. Пока не ликвидируешь всю систему опорных пунктов на 
автостраде, трудно и думать об успехе наступления в междуречье. Комдив поручал 
эту задачу подполковнику Анатолию Абиловичу Абилову. Он верил в способности и 
волю командира 444-го полка. Генерал Теремов не имел стандартного подхода к 
подчиненным, стремился уловить характер каждого. Офицеры дивизии отвечали ему 
горячей привязанностью. Об Абилове он говорил: "На многое способен, только его 
похвалить надо. Замечания или окрик выводят его из строя. Но скажи - эх, Абилов,
 хорошо идет твой полк! - и он выполнит задачу самую трудную". 

Сначала 444-й полк форсировал Ост-Одер севернее автострады усиленной ротой, 
взаимодействуя с отрядом Кузнецова. После захвата земляной дамбы Абилов 
повернул по ней на юг и вскоре достиг одетых в бетон устоев автострады. Взять 
их штурмом рота не могла. 

Поставил 122-миллиметровые орудия на прямую наводку; снаряды - как горох от 
стены. Абилов подтянул сюда батальон, затем другой. На вторую ночь весь полк 
вошёл в бой. Ему было очень трудно. Борьба с мелкими группами и пулеметчиками 
немцев на бугорках, в рощах, в путанице каналов. Борьба с водой. Петр 
Алексеевич Теремов докладывал: "Начался прилив. Воды нагнало по пояс. Солдаты, 
как грачи, сидят на деревьях..." Блокировочные группы последовательно 
изолировали опорные пункты один от другого. Добирались до амбразур и щелей длят