чески решающим 
пунктом. Группой армий «Курляндия» и войсками на косе Фрише Нерунг приходилось 
пожертвовать, за исключением небольшой части находившихся там соединении, 
которые могли быть спасены в течение еще остававшегося короткого срока по морю 
и по воздуху. Армии в Северной Германии были ограждены от русского плена 
соглашениями на местах; отброшенные в Южную Германию армии из состава войск 
командования на Западе были окружены соединениями западных держав; в Италии 
было достигнуто местное соглашение о перемирии. Что же касается примерно двух 
миллионов человек из состава трех групп армий в Чехии, Моравии, Австрии и 
Югославии, то о них вопрос, напротив, оставался нерешенным. Все старания путем 
затяжки переговоров дать армиям, оборонявшимся на русском фронте, время для 
отступления кончились крахом из-за беспощадного ультиматума Эйзенхауэра, 
потребовавшего 6 мая в Реймсе безоговорочной капитуляции на всех фронтах. Она 
должна была вступить в силу в полночь с 8 на 9 мая. Не только бои, но и всякие 
передвижения войск с этого момента запрещались. Возможно, Эйзенхауэр и не мог 
действовать иначе. До этого времени западные союзники стояли на той точке 
зрения, что не окруженные армии, а лишь отдельные солдаты и офицеры, 
оказавшиеся в ходе боевых действий прижатыми к англо-американским линиям, могли 
сдаваться в плен в индивидуальном порядке. Продолжать такую практику после 
заключения касающейся всех фронтов капитуляции американцы не согласились. Не 
помогли и настойчивые уверения Йодля в том, что ни один немец, не желающий быть 
навеки проклятым своим народом, не может подписать документ, передающий в руки 
русских сотни тысяч немцев. Командование группы армий «Центр» нашло отчаянный 
выход из своего тяжелого положения. Оно попыталось организовать массовое 
бегство трех армий к демаркационной линии, чтобы спасти возможно больше людей 
от русских и восставших между тем чехов. Действительно, крупные силы армий 
успели подойти вплотную к американским войскам. Но здесь они пережили последнее 
горькое разочарование. В то время как на Эльбе и в Мекленбурге основной части 
немецких солдат было разрешено сдаться войскам западных держав и значительные 
силы групп армий «Юг» и «Юго-Восток» также успели своевременно спастись за 
демаркационной линией, в Чехии американцы не позволили немецким войскам сдаться 
им в плен. Поскольку стекавшиеся отовсюду колонны немцев росли с огромной 
быстротой и продолжали подходить, невзирая ни на какие требования американцев, 
последние выслали самолеты, приземлившиеся на путях отхода немецких войск, 
заставили немецкие колонны остановиться и стали сгонять немцев во временные 
лагери, которые затем были переданы в руки русских. Тот факт, что сотни тысяч 
немецких солдат были выданы русским, следует объяснить как корректностью 
американцев по отношению к своему восточному союзнику, так, вероятно, и 
ненавистью, раздутой против каждого немца пропагандой «крестового похода». Эта 
ненависть достигла высшей точки, когда американцы освободили заключенных в 
концентрационных лагерях. Немецкие солдаты стали невинными жертвами 
бесчеловечности прекратившего свое существование режима.
      
7. Конец в Курляндии и в Италии
      
      Не менее трагическая участь постигла обреченные войска групп армий 
«Курляндия», которым пришлось терпеливо дожидаться своего горького конца. 
Испытанные в боях дивизии 16-й и 18-й армий, соблюдая образцовый порядок и 
сохраняя непреклонную волю к борьбе, отражали все атаки русских, добившись в 
конце февраля и в конце марта, в пятом и шестом Курляндских сражениях, при 
неустанной поддержке эскадрильи истребителей блестящих успехов в обороне. 
Примерно треть находившихся здесь в конце января тридцати дивизий была 
эвакуирована. Правда, на последнем этапе, из-за нехватки транспортных судов, 
вывозился только личный состав, вся техника оставлялась. Ходатайства о 
необходимости эвакуации армии еще в тот период, когда ее можно было осуществить 
морским путем, наталкивались на тупое упрямство Гитлера. 3 мая во Фленсбурге 
было решено спасти возможно большую часть сил до заключения всеобщего перемирия.
 Учитывая остававшийся срок, речь могла идти, разумеется, лишь о частичной 
эвакуации. Кроме раненых и отцов семейств, был эвакуирован также не введенный в 
бой резерв группы армий. Что касается главных сил, то последнему командующему 
генералу Гильперту пришлось 10 мая передать их русским на основании всеобщей 
капитуляции. (Схема 42, стр. 503 и карта 3, стр. 150)
      Намного благоприятнее сложилась обстановка к концу войны на итальянском 
театре военных действий. Группа армий «Юго-Запад», командование которой 19 
марта вместо отозванного на Западный фронт фельдмаршала Кессельринга принял на 
себя генерал-полковник фон Фитингоф, по-прежнему стояла на том рубеже, на 
котором она оказалась в результате наступления армий западных держав поздней 
осенью 1944 г. Ее правый фланг упирался южнее Специи в побережье Лигурийского 
моря. Затем оборонительный рубеж пересекал Северные Апеннины, запирая их долины,
 выходящие на север, южнее Модены и Болоньи, и поворачивал к озеру Комаккьо. 
Слабая армия «Лигурия» удерживала перевалы через Альпы на франко-итальянской 
границе. Группа армий «Юго-Запад» должна была передать несколько лучших дивизий 
на другие фронты. Но гораздо хуже численной слабости были перспективы снабжения.
 Уменьшившаяся мощность немецкой военной промышленности и особенно непрерывные 
воздушные удары противника по Бреннерскому шоссе снизили приток необходимых 
предметов довольствия, вооружения, боеприпасов и горюче-смазочных материалов до 
мизерных размеров. В конце концов в целях экономии горючего танки и самоходные 
установки при перебросках приходилось транспортировать с помощью тракторов или 
даже волов. Дивизии и без того являвшиеся частично «стационарными», были еще 
больше ограничены в своей подвижности. Наступление противника, если бы оно 
привело к прорыву, означало бы расчленение и уничтожение группы арм