| |
ения боевой численности своих
дивизий пришлось прибегнуть к мерам, остававшимся ему до тех пор неведомыми и
являвшимися печальной привилегией лишь немецкого фронта на Востоке. Были
прочесаны тыловые службы. Кроме того, пришлось произвести по возможности в
массовых размерах замену мужского персонала в штабах, кроме войсковых,
женщинами, а также изъять излишний обслуживающий персонал из частей ВВС. Чтобы
обеспечить спокойные участки фронта и тем самым облегчить положение ведущих,
тяжелые бои дивизий, из Соединенных Штатов были переброшены многочисленные
пехотные полки из состава вновь сформированных дивизий. Английской группе армий
не приходилось рассчитывать на получение новых соединений из Англии, так как
английский военный потенциал после более чем пятилетнего напряжения повысить
больше не удавалось.
Разумеется, кризис, в котором очутились армии союзников, был не столь уж
серьезным, однако их силы применительно к поставленной перед ними задаче
оказались напряженными до предела. По крайней мере временно создалось положение,
открывавшее для немецкой стороны – при условии, если бы она еще располагала
резервами и планомерно их использовала, – возможность быстрым и внезапным
сосредоточением сил на решающем направлении нанести союзникам тщательно
продуманный и подготовленный удар. Успех этого удара, возможно, смог бы
существенно изменить в более благоприятную для немцев сторону соотношение сил,
участвовавших в наземных боях.
2. Наступление в Арденнах
Первые планы Гитлера относительно использования таких возможностей
относились к августу, когда он потребовал ведения как можно более длительной
борьбы далеко впереди Западного вала с целью выигрыша времени не только для
подтягивания новых сил и подготовки Западного вала к обороне, но одновременно и
для создания предпосылок успешных контрударов западнее границ рейха. Видимо, он
тогда совершенно не представлял себе размеров катастрофы немецких армий на
Западе или же игнорировал фактическое состояние фронта, равно как и
невозможность подготовки в ближайшее время достаточного количества соединений
для осуществления наступательных целей. Появившееся в сентябре стремление
удержать крупные районы для сосредоточения войск перед Вогезами в направлении
плато Лангр и в Южной Голландии также предопределялось планировавшимися
наступательными действиями из обоих упомянутых районов. В отношении Голландии к
тому же прибавлялась еще правильная оценка значения Антверпена и, следовательно,
устья Шельды для снабжения противника.
Когда во второй половине сентября стало очевидным, что наступательный
порыв преследующих войск иссякает, Гитлер стал усиленно заниматься планом
контрнаступления, которое, однако, было предпринято лишь гораздо позже и уже не
с выдвинутых далеко западнее германской границы форпостов. Наряду с тем
соображением, что, располагая примерно 70 дивизиями, противник не мог быть
одинаково сильным на всем почти 800-километровом фронте, Гитлер строил свой
план на обусловленном временем года ухудшении погоды, которое исключило бы или
по крайней мере значительно ограничило абсолютное превосходство противника в
воздухе. Поэтому он считал целесообразным провести наступление раньше, чем
наступит зима с ее ясной погодой. Удастся ли в результате пополнения имевшихся
соединений и осуществлявшегося в рейхе формирования новых войсковых единиц –
при постоянной потребности в них на Западе и Востоке – собрать достаточные силы
для создания армий, на которые можно было бы возложить задачу проведения
наступления, – это зависело не только от остававшегося собственного военного
потенциала, но в еще большей степени от действий противника. Чем сильнее было
давление противника, тем больше приходилось использовать собственных сил, по
крайней мере там, где значительные территориальные потери могли поставить под
угрозу намечавшееся контрнаступление. Это в первую очередь относилось к району
между Маасом и Мозелем. Насколько серьезные трудности предстояло преодолеть при
создании в течение непродолжительного срока новых боеспособных танковых дивизий,
определялось уже одним тем фактом, что все одиннадцать танковых дивизий,
использовавшиеся немецким командованием на Западном фронте, все еще состояли
лишь из слабых групп примерно по 10 танков в каждой, имея, следовательно, в
общей сложности не более сотни машин.
В конце сентября в качестве исходного района для подготавливавшегося
наступления впервые стал фигурировать участок фронта между Монжуа и Эхтернахом.
Здесь на основе уже выявившихся направлений ударов противника можно было
предположить уязвимое место в обороне последнего. Кроме всего прочего, это был
почти тот самый район, откуда немецкие войска в 1940 г. начали наступление и в
результате оперативной внезапности добились крупнейшего своего успеха в этой
войне. Мысли Гитлера возвращались к этому году великих побед всякий раз, когда
он хотел внутренне освободиться от мрачного настоящего. Все трезвые соображения,
такие, например, как плохие метеорологические условия, которые хотя и могли
исключить деятельность вражеской авиации, однако одновременно должны были
крайне затруднить передвижение собственных войск; или такие, как снизившиеся
боевые качества вооруженных сил, которые во многих отношениях могли быть лишь
тенью хорошо оснащенных вооруженных сил периода 1940 г., – это и многое другое
отступило на задний план перед призрачной надеждой на то, что все-таки удастся
добиться еще одного успеха. Полагали, что этот успех сможет привести к
коренному изменению обстановки на Западе, вызовет, возможно, серьезные
политические разногласия между Рузвельтом и Черчиллем, а в дальнейшем позволит
существенно усилить оборону на Востоке, после чего не замедлили бы сказаться и
серьезнейшие психологические последствия в собственной стране, равно как и во
всем мире. И на
|
|
