о с вводом в действие 3-й армии 
генерал Брэдли, возглавлявший до тех пор 1-ю армию, принял командование 12-й 
американской группой армий, в которую вошли обе американские армии.
      Гитлер мог бы еще и теперь, хотя обстановка сильно осложнилась, сделать 
положение сносным, если бы пошел навстречу настояниям фельдмаршала фон Клюге. 
Поскольку попытка не дать противнику возможность начать наступление с плацдарма 
провалилась, речь теперь могла идти лишь о том, чтобы избавить обе армии от 
грозившего им окружения, эвакуировать Бретань ради спасения оборонявшихся там 
дивизий и незамедлительно оставить всю Юго-Западную и Южную Францию. Тогда еще, 
возможно, и удалось бы задержать продвижение противника на Сене или 
юго-восточнее ее. Но Гитлер отдал прямо противоположный приказ, согласно 
которому Бретань или по крайней мере ее порты следовало удерживать, группа 
армий «Г» должна была оставаться в Юго-Западной Франции и на французском 
побережье Средиземного моря, а пробитую противником брешь в районе Авранша 
надлежало закрыть контрударом. С этой целью приказывалось снять с фронта без 
всякой компенсации все танковые дивизии и, создав из них ударную группировку во 
главе с командующим 5-й танковой армией, сосредоточить ее в районе Мартена с 
задачей ударом на Авранш отрезать прорвавшуюся 3-ю американскую армию от ее 
тылов. В приказе особо подчеркивалось, что противник ни при каких 
обстоятельствах не должен был выйти на оперативный простор. Однако из-за 
непрерывных налетов авиации союзников к 6 августа удалось сконцентрировать в 
назначенном районе лишь четыре из шести предусмотренных танковых дивизий.
      Тем временем обстановка как в районе Авранша, так и на остальных участках 
фронта значительно обострилась. Один из корпусов армии Паттона, наступавший в 
юго-западном и южном направлениях, вторгся в пределы Бретани и продвинулся до 
Фужера. Два левофланговых корпуса повернули на восток и вышли на рубеж Ландиви, 
Мортен. Благодаря такому повороту прорыв был развит в глубину до 30 км. 
      Войска союзников между Сен-Ло и Каном также пришли в движение. Правда, 
намеченный Монтгомери на 25 июля удар в направлении на Фалез принес 
разочарование, так как после первоначальных успехов войска были остановлены 
контратаками немецких танковых дивизий. У Монтгомери сложилось впечатление, что 
восточное крыло немецких войск продолжает оставаться очень устойчивым. 
Поскольку, однако, события на западном крыле, где наступали американцы, 
развивались благоприятно, он решил перенести главные усилия английских войск в 
район Комона с намерением совместно с наступавшим из района Сен-Ло левым 
флангом американцев опрокинуть немецкую оборону и на этом участке. Но к прорыву 
эти бои, начавшиеся 31 июля, не привели. Правда, наступление американцев из 
района Сен-Ло сразу же начало быстро развиваться и было приостановлено лишь у 
ожесточенно оборонявшегося немецкими войсками Вира. Здесь 7-я немецкая армия 
прикрывала северный фланг немецкой ударной группировки, которая 
сосредоточивалась в районе Мортена. Англичане же, перейдя в наступление в 
районе Комона, натолкнулись на стойкую оборону немцев и надолго задержались. В 
ожесточенных, зачастую проходивших с переменным успехом боях они прокладывали 
себе дорогу на юг и 4 августа вышли в район Васси, однако овладеть горой 
Мон-Пенсон им не удалось. Но и с немецкой стороны потребовались огромные 
усилия: в эти бои пришлось бросить две танковые дивизии CС, первоначально 
предназначавшиеся для удара на Авранш. На востоке англичане вплотную подошли к 
Тюри-Аркуру и Бретвилю. Пока восточнее Мортена с величайшими трудностями 
сосредоточивалась немецкая ударная группировка, над обеими немецкими армиями 
все явственней вырисовывалась серьезная угроза, вытекавшая из их ставшего 
теперь опасным расположения. С совершенно открытым южным флангом и 
необеспеченным тылом они оборонялись на рубеже Мортен, Вир, Мон-Пенсон, 
Бретвиль. Большинство танковых дивизий – опора обороны – были сняты с фронта. 
Ничто не могло теперь помешать командованию 3-й американской армии бросить в 
восточном направлении новые силы в обход немецкого южного крыла и в случае 
неуспеха немецкого контрудара на Мортен повернуть их затем на север. 
Действительно, в этом случае решающие дни оказались бы безвозвратно потерянными 
и ударная группировка – наиболее полноценная сила группы армий – наверняка 
подверглась бы тяжелым ударам. Уже тогда действия немецкого командования стали 
загадкой для противника, у которого сложилось впечатление, что немецкие войска 
поистине добровольно отдавали себя на уничтожение. Столь же трудно было 
командованию союзников понять, как можно сосредоточивать танковые дивизии на 
узком участке без достаточного прикрытия с воздуха.
      Тем не менее приказ на наступление продолжал оставаться в силе. Его сроки 
были перенесены не только из-за трудностей сколачивания группировки, но и по 
специальному распоряжению Гитлера, «чтобы пропустить более крупные американские 
силы через Авранш и затем добиться соответственно более крупного успеха». 
Танковая группировка была увеличена еще на одну, пятую по счету танковую 
дивизию. Войска левого фланга 7-й армии, усиленные двумя пехотными дивизиями из 
состава 15-й армии, получили задачу предпринять сковывающие действия. Так как 
начало прорыва было перенесено на ночь с 6 на 7 августа, чтобы по крайней мере 
первый удар можно было осуществить без помех со стороны авиации противника, и 
так как этот удар наносился лишь по одной американской дивизии, немецкой 
группировке удалось осуществить прорыв и захватить Мортен. 2-я танковая дивизия 
вклинилась в боевые порядки противника на 10 км.  Однако с рассветом на 
наступавшие немецкие дивизии со всех сторон ринулись бомбардировщики противника 
и засыпали их бомбами и реактивными снарядами. 300 немецких истребителей 
безуспешно пытались облегчить участь своей танковой группировки: они либо 
уничтожались еще при взлете, либо же превосхо