В течение двух последующих месяцев немецкая группа армий отходила на 
Апеннинский оборонительный рубеж, оборудование которого велось уже длительное 
время. Здесь она должна была окончательно остановить продвижение противника. 
Напряженные бои велись в течение всего июля на подступах к реке Арно. Самый 
сильный натиск противник по-прежнему оказывал на западный фланг 14-й армии. 
Последняя, однако, к этому времени вышла на более благоприятную для обороны 
местность, где противник мог продвигаться лишь по нескольким ведущим с юга на 
север дорогам, на которых войска 14-й армии создали сильные заслоны. Только к 
началу второй половины июля 5-я американская армия преодолела эту местность и 
стала более быстрыми темпами продвигаться к реке Арно. 18 июля было оставлено 
Ливорно, а к 23 июля американцы вышли к реке Арно на широком фронте от устья до 
района западнее Флоренции. Здесь они, однако, остановились. Значительно более 
упорное сопротивление было оказано противнику войсками восточного фланга 14-й 
армии и 10-й армией южнее среднего течения Арно. Этому способствовал также 
целый ряд перегруппировок в англо-американской группе армий в связи с отводом 
предназначенных для высадки во Франции соединений. Немецкие войска постепенно 
отходили с рубежа Поджибонси, Ареццо на север, продолжая, однако, удерживать 
широкой дугой огибавшие Флоренцию позиции, за которые велись тяжелые бои. Лишь 
ценою больших усилий противнику удавалось медленно продвигаться вперед. 4 
августа арьергарды 14-й армии взорвали мосты через Арно, и только 10 августа 
американцам удалось создать небольшой плацдарм на северном берегу реки.
      Центр 10-й армии тем временем организованно отошел между верховьями Арно 
и Тибра к южным склонам Апеннин. У Адриатического побережья натиск противника 
усилился. Наступавшие здесь англичане были в середине июня сменены польским 
корпусом. Поляки, используя значительное превосходство в танках, энергично 
теснили немецкие части, оборонявшиеся в этой благоприятной для использования 
танков местности. До середины июля одна немецкая дивизия все еще держалась 
южнее и юго-западнее Анконы. К 10 августа, оказавшись в довольно критическом 
положении, которое удалось выправить лишь в результате переброски сюда еще 
одной дивизии, она оттянулась за реку Чезано, где продвижение поляков было 
приостановлено.
      В ходе этого отступления 10-й армии стали довольно ощутительными действия 
партизанских отрядов, использовавших преобладавшую здесь гористую местность с 
ее многочисленными укрытиями. Союзники поддерживали итальянских партизан и 
регулярно снабжали их оружием. Разрушая мосты, устраивая заслоны на дорогах, 
совершая налеты на транспортные колонны и пуская под откос эшелоны с воинскими 
грузами и войсками, они сеяли беспокойство в тылу, и немецкому командованию 
местами приходилось даже снимать части с фронта, чтобы покончить с такого рода 
бесчинствами. Однако действительно решающего влияния на ход боевых действий 
партизанам не удалось оказать ни здесь, ни позже в Северной Италии. Их действия 
встречали лишь слабый отклик среди населения: люди вообще жаждали покоя, хотели 
по возможности остаться в стороне от войны и в большинстве своем были настроены 
даже благожелательно к немецким войскам. Союзники в лице партизан обрели 
поистине обоюдоострое оружие, так как разбудили идеи, от которых итальянский 
народ гораздо больше пострадал после войны, чем немецкая армия во время ее. 
Немцы вынуждены были перейти здесь, равно как и на других фронтах, к действиям, 
глубоко им претившим. Под этим углом зрения и следовало рассматривать строгие 
меры, к которым иногда приходилось прибегать ввиду того, что противник 
отказался от традиционных форм ведения войны43.
      И вот союзники на всем фронте подошли к Северным Аппенинам, где проходил 
оборонительный рубеж, называвшийся немцами «Зеленой линией», а союзниками – 
«Готской линией». Рубеж тем временем продолжал дооборудоваться тыловыми 
подразделениями и организацией Тодта, а непосредственно перед занятием его 
отступавшими войсками также и специально выделенными боевыми подразделениями. 
Наиболее значительные оборонительные работы были проведены на прибрежных 
участках – южнее Каррары у Лигурийского побережья и за рекой Фолья на 
Адриатическом побережье. Все горные проходы прикрывались мощными опорными 
пунктами. Однако промежутки между ними из-за большой протяженности и нехватки 
сил и средств были подготовлены в инженерном отношении очень слабо.
      Можно было ожидать, что союзники изменят направление своего главного 
удара. Западнее рубежа Пистоя, Модена Аппенины круто опускаются к самому 
Лигурийскому морю, оставляя лишь узкую прибрежную полосу, по которой проходит 
семидесятикилометровое шоссе из Пизы на Специю. Так же легко запереть и долину 
реки Серкьо, идущую уже в горах параллельно побережью. Ее ответвления, ведущие 
в северо-восточном направлении, упираются в хребет, который имеет лишь 
несколько горных проходов с крутыми подъемами и спусками. Поэтому возможность 
прорыва противника в западной части Северных Аппенин представлялась менее всего 
вероятной. Перерезанная многочисленными горными дорогами средняя часть Северных 
Аппенин не так высока. Здесь уже возможность прорыва противника в направлении 
Болоньи была вполне реальной. Подобная же угроза существовала и на 
Адриатическом побережье, где отлого спускавшиеся северо-восточные склоны 
Северных Аппенин давали противнику достаточно простора для проведения 
наступления. Противника могла привлекать здесь и перспектива пробить брешь в 
долину реки По, что привело бы к крушению всей аппенинской обороны. 
Препятствием для наступления в этом районе могли оказаться лишь многочисленные 
реки, впадающие в Адриатическое море, которые все без исключения пришлось бы 
форсировать, что, естественно, могло значительно замедлить продвижение. Таким 
образом, было очень трудно сказать, какое направление выберет противник.
      Поэтому немецкой группе армий приходилось учитывать обе возможности и, 
кроме того, считаться с угрозой высадок крупных сил противника в своем тылу, 
как в Генуэзском заливе, так и на Адриатическом п