| |
ностью выплатить такую репарационную сумму, непосильную для экономики
Финляндии и означавшую поэтому закабаление страны на неопределенный срок,
видело основные трудности также в требовании силой изгнать немцев с территории
страны и из всех ее портов или интернировать их. Ведь если это условие, пусть
даже не по вине Финляндии, оказалось бы невыполненным, то стране грозила
опасность превратиться, подобно Италии, в арену борьбы могучих противников.
Посланная в конце марта в Москву делегация безуспешно пыталась добиться
смягчения русских требований. Поэтому финляндский парламент 12 апреля на
закрытом заседании одобрил позицию правительства, отвергнувшего русские
требования, так как они, «несмотря на стремление парламента к миру, не могут
явиться основой для мероприятий, имеющих целью достижение мира». 19 апреля
правительство Финляндии сообщило это решение Советскому Союзу.
Главнокомандующий вооруженными силами Финляндии фельдмаршал Маннергейм
обратился к народу и армии с торжественным призывом продолжать войну. С
целеустремленностью, упорством и трезвой деловитостью, являющимися главными
чертами этого стойкого народа, он продолжал идти своим путем, не будучи, однако,
теперь внутренне связанным со своим прежним «собратом по оружию».
Оборонительные бои группы армий «Центр» до весны 1944 г.
С тех пор как группе армий «Центр» поздней осенью удалось задержать
преследовавшие ее русские войска и приостановить их наступление на Днепре и в
Заднепровье, усилия русских в центре Восточного фронта были направлены на
овладение исходными рубежами, представлявшимися им важными для достижения
последующих оперативных целей, на сковывание немецких сил и сверх того там, где
немецкая оборона была не особенно прочной, – на осуществление прорывов
оперативного масштаба. Добиваясь своих целей, русские наталкивались на
сопротивление с немецкой стороны, свидетельствовавшее о твердом намерении
удерживать более или менее стабилизировавшийся с осени фронт и отражать с
максимальными для противника потерями все его попытки добиться прорыва. (Карта
4, стр. 228 и схема 38, стр. 437)
События на фронте соседей вынуждали командование группы армий с
возрастающей озабоченностью взирать на свои крылья. Протяженность ложного крыла
в глубину возросла до 350 км, и его удержание требовало такого количества
войск, что все больше подтачивало силы группы армий «Центр». В то же время
испытываемое также на всех остальных участках общего фронта давление противника
не давало возможности верховному командованию выделить в распоряжение группы
армий «Центр» дополнительные силы, необходимые для прикрытия ее все
удлинявшегося фронта, протяженность которого постепенно возросла с 750 до 1100
км. Она должна была не только обходиться своими 46 дивизиями,
укомплектованными в среднем только на 50%, но, кроме того, выделять еще часть
сил соседям. Катастрофические потери в людях лишь с трудом покрывались
прибывавшим пополнением; понесенные в боях, особенно на юге, тяжелые потери и
износ боевой техники немецкая промышленность восполнить в достаточной мере уже
не могла. Частые переносы направлений ударов, применявшиеся русскими с целью
взламывания немецкой обороны, столь же часто вызывали с немецкой стороны
срочные переброски скудных резервов – обычно лишь одной-двух дивизий, как
правило, снимавшихся с тех участков фронта, которым в данный момент грозила
наименьшая опасность или на которых отмечалось ослабление сил противника в
результате его неудачных наступательных действий.
В первые месяцы нового года незатухающим очагом боев был район Витебска.
После того как русские в декабре вышли к дороге Полоцк – Витебск и приблизились
к шоссе Псков – Киев и проходившей западнее него железной дороге, они
предприняли две последовательные операции с целью овладеть Витебском путем
охвата его с двух сторон. Первая операция с небольшими перерывами, которые были
необходимы русским для замены потрепанных дивизий свежими, длилась с 3 по 18
января. Единственным успехом этих наступательных действий, как всегда
проводившихся при самой интенсивной поддержке артиллерии и не щадя крупных масс
живой силы, явилось то, что русские перерезали шоссе Псков – Киев южнее
Витебска. На отдельных участках они вышли здесь также к реке Лучеса и даже
продвинулись за железную дорогу Орша – Витебск.
Вторая операция проходила с 3 по 17 февраля. На этот раз немецким войскам
пришлось до предела напрягать все свои силы, чтобы удержать оборону
северо-западнее и юго-восточнее города, где она неоднократно находилась на
грани прорыва. Хотя при этом немцы понесли тяжелые потери, однако им удалось не
допустить решающих прорывов противника, бросившего в наступление пятьдесят три
стрелковые дивизии, десять танковых бригад и три артиллерийские дивизии. Но
силы немногочисленных немецких дивизий, державших оборону по широкой
70-километровой дуге вокруг Витебска, были истощены. Командование армии срочно
запросило разрешения отойти на «пригородный рубеж» протяженностью лишь в 30 км.
Разрешение было дано, но с условием, что Витебск как «последний крупный
русский город по психологическим соображениям должен быть удержан любой ценой».
До весны бои за Витебск велись лишь спорадически, ни по продолжительности, ни
по напряженности не достигая былого размаха.
У автострады Москва-Минск в районе Орши русские после неоднократных
неудач больше не предпринимали крупных наступательных действий, а в направлении
Могилева лишь однажды, между 25 и 31 марта, безуспешно попытались массированным
ударом при поддержке крупных сил авиации прорвать спрямленную линию немецкой
обороны между Проней и Днепром. Зато в течение января – февраля они штурмовали
позиции 9-й армии с целью выйти к Бобруйску.
Атаки здесь начались 8 января из района южнее Березины, а затем и еще
южнее, на фронте 2-й армии, занимавшей особенно невыгодные позиции севернее и
южнее Мозыря. Связь с группой армий «Юг», нарушенная в начале ноября в
результате неудач 4-й танковой армии, с тех пор так и не была восстановлена.
|
|
