аров, направления которых часто менялись, 
заключалась в том, чтобы глубоко охватить крылья группы армий «Центр» и 
прорывами с фронта взломать ее оборону. Наступлением на флангах русские 
стремились заставить немецкие войска распылить свои силы, наступление в 
направлении Могилева и Орши велось с целью перерезать исключительно важные 
коммуникации, проходившие параллельно линии фронта группы армий «Центр» и 
являвшиеся основными путями ее снабжения. Наряду с этим противника, очевидно, 
было намерение сковать находившиеся здесь немецкие силы и не допустить 
переброски части их на юг, где осуществлялись решающие операции русских войск.
      Действиям русских наряду с их значительным численным превосходством 
благоприятствовало и то, что осень лишь в конце сентября сопровождалась 
непродолжительной распутицей, погода же в октябре и ноябре в отличие от прошлых 
лет не влияла на проведение операций.
      Группе армий «Центр» пришлось вести неравную борьбу почти исключительно 
собственными силами. Ее высокие потери в людях были восполнены далеко не 
полностью; новые силы, за исключением одной танковой дивизии, прибывшей из 
Италии и в конце декабря в течение непродолжительного времени использовавшейся 
на правом крыле, не могли быть ей выделены: все они направлялись в группу армий 
«Юг». Несмотря на это, боеспособность дивизий группы армий «Центр», отошедших в 
октябре на новый рубеж и в большинстве своем сильно потрепанных благодаря 
использованию периодов, кратковременной передышки и маневрированию между 
спокойными и опасными участками, удалось значительно повысить. 
Взаимодействовавший с группой армий «Центр» воздушный флот генерал-полковника 
Риттер фон Грейма располагал тремя истребительными, пятью бомбардировочными 
авиагруппами и тремя авиагруппами пикирующих бомбардировщиков, то есть при 
полной укомплектованности, которой, впрочем, никогда не было, более чем 300 
машинами. Эти немногочисленные, хотя исключительно маневренные авиачасти, 
беспрерывно ведя бои в условиях, когда обстановка нередко требовала применения 
их в течение одного дня на целом ряде напряженнейших участков растянутого 
фронта, всякий раз приносили находившимся в критическом положении наземным 
войскам желанное облегчение.
      Русские начали наступление, захватившее вскоре большую часть фронта, 
против правого крыла группы армий «Центр». Здесь они предприняли прорыв через 
Днепр и Сож с тем, чтобы, выйдя вначале к Речице, затем обойти с запада Гомель. 
После нескольких дней ожесточеннейших боев 2-й армии удалось еще раз 
предотвратить этот прорыв. Однако противник все-таки захватил крупные плацдармы 
на западном берегу Днепра и закрепился между Днепром и Сожем южнее Гомеля. В 
начале ноября, когда оборонявшаяся южнее 4-я танковая армия была вынуждена 
отойти от Днепра к Коростеню, положение 2-й армии стало угрожающим. В течение 
нескольких дней 2-я армия должна была прикрывать образовавшийся открытый южный 
фланг протяженностью 120 км.  Тем не менее ей было приказано удерживать также и 
район старого стыка с 4-й танковой армией у Чернобыля. 10 ноября русские 
предприняли крупное наступление южнее Гомеля и, продвигаясь по обеим берегам 
Днепра, на ряде участков глубоко вклинились в немецкую оборону.
      После отчаянной двухдневной борьбы командование армии вынуждено было 
доложить, что людские ресурсы армии находятся на грани полного истощения, что 
заслон южнее Гомеля прорван и армия не располагает силами, с помощью которых 
можно было бы остановить прорвавшиеся русские войска и закрыть образовавшиеся 
бреши. Хотя в последующие дни русские почти беспрепятственно продвигались 
западнее Днепра в направлении Речицы, а южнее Гомеля их продвижение 
сдерживалось лишь незначительными силами, Гитлер запретил эвакуацию Гомеля, 
ссылаясь на то, что потеря этого города вызовет еще более нежелательную реакцию 
мирового общественного мнения, чем сдача в сентябре Смоленска. Противник, 
продвигавшийся западнее Днепра, устремился еще дальше на запад и грозил теперь 
захватить северо-восточнее Мозыря железнодорожный узел Калинковичи, через 
который осуществлялось снабжение 2-й армии. Ее правый фланг, хотя и отрезанный 
от левого глубоко вбитым русским клином, пока все еще находился в междуречье 
Припяти и Днепра. Связь С отброшенной к Коростеню 4-й танковой армией была 
давно потеряна. Противник был уже на подступах к Овручу. В итоге войскам 
правого фланга 2-й армии пришлось с боями прокладывать себе путь в 
северозападном направлении с тем, чтобы юго-восточнее Мозыря вновь соединиться 
с главными силами армии, которая в центре была отброшена к железной дороге 
Речица-Мозырь. 17 ноября пала Речица, и левый фланг 2-й армии в районе Гомеля 
был отрезан. Войска этого фланга пришлось переподчинить 9-й армии. Командующему 
группой армий «Центр» и начальнику генерального штаба сухопутных войск, 
несмотря на все их усилия, так и не удалось добиться согласия Гитлера на 
эвакуацию выгибавшегося теперь далеко на восток и поглощавшего много сил 
выступи в районе Гомеля, где немецкие войска к тому же подвергались опасности 
окружения. Лишь после того как противник, продвигаясь вдоль Березины, 23 ноября 
перерезал железнодорожную линию Мозырь-Жлобин и обнаружилось полное отсутствие 
сил, необходимых для того, чтобы прикрыть прерванный между Гомелем и районом 
южнее Жлобина глубокий открытый фланг 9-й армии и восстановить связь с 
оттянутой на запад 2-й армией, была – увы, слишком поздно – разрешена эвакуация 
Гомеля, который русские и заняли 26 ноября. Тем временем исключительно 
критическая обстановка сложилась также на левом фланге 9-й армии, где противник 
в районе Пропойска внезапно вклинился на двадцатикилометровом фронте в немецкую 
оборону и продвинулся на 10 км.  Русские бросили часть своих сил в 
северо-западном направлении, на Могилев, а часть – на юго-запад, в направлении 
на Рогачев, с явным намерением ударом на Могилев охватить правый фланг 4-й 
армии, а ударом