ему. Для него важно
было лишь подготовить проведение этих мероприятий независимо от того, кем они
будут осуществляться. Поэтому оно приветствовало появление в Фленсбурге
представителей Союзной контрольной комиссии, среди которых было много
специалистов в области военной администрации. Вскоре между комиссией и
новыми германскими министрами наладилась оживленная деловая связь. Все
мероприятия, выработанные в ходе подготовительной работы кабинета, получили
свое выражение в виде различных меморандумов и протоколов.
Таким образом, правительство Деница надеялось оказать хотя бы косвенную
помощь своему народу. Эта надежда усилилась, когда министры Баке и
Дорпмюллер, согласившись на предложение союзников использовать их для более
важной работы, в середине мая вылетели из Фленсбурга. Но не успел их самолет
сделать посадку, как они тотчас же были арестованы. Дух плана Моргентау был в
то время значительно сильнее, чем понимание насущных задач, ждущих своего
разрешения в Германии. Вскоре, однако, враждебность союзников уступила место
готовности оказать любую помощь, благодаря чему экономика Западной Германии
была спасена от полной разрухи, а ее население — от голодной смерти.
Несмотря на все разочарование, которое западные противники вызвали в немецком
народе своими действиями во время вторжения, оккупации и проведения первых
послевоенных мероприятий, Дениц стоял за полную и последовательную
ориентацию Германии на Запад. Поэтому его исключительно угнетала та
беззаботность, с которой Запад смотрел на большевистскую опасность. Он и его
сотрудники пытались при всякой возможности информировать своих западных
партнеров об опыте, полученном немцами в борьбе [591] с большевизмом. Но для их
предложений в то время еще не было достаточно благоприятной почвы. Надежды
на более дальновидную политику западных держав, питаемые сочувственным
отношением Монтгомери к вопросу о капитуляции и отводе германских войск на
территорию западных союзников, пока еще были бесплодны.
23 мая 1945 года по приказу Эйзенхауэра, согласованному с советским верховным
командованием, германское правительство было расформировано и арестовано.
Арест был произведен военной полицией совместно с представителями 11-й
английской танковой дивизии в самой недостойной и унизительной форме.
Еще задолго до ареста Дениц принял решение не уходить добровольно в отставку,
так как это могло нежелательно отразиться на его авторитете. Он остался на 
своем
посту, потому что пост главы правительства являлся воплощением незыблемости и
суверенитета германской империи и потому что статья 51 Веймарской конституции
юридически не допускала прекращения этой функции.
Правительство Деница просуществовало 23 дня. Несмотря на то, что оно было
лишено всякой силы, ему удалось добиться, что:
1) окончанию войны, учитывая те условия, в которых оно проходило, сопутствовал
удивительный порядок; беспокойства и различные эксцессы, вызывавшие лишние
жертвы, наблюдались исключительно редко;
2) свыше двух миллионов людей успело в мае 1945 года достичь спасительных
границ западных зон;
3) пожар войны не перебросился на оккупированные немецкими войсками области
за пределами Германии: Норвегию, Данию и Голландию, которые были избавлены
от последних актов насилия со стороны немецких войск, вызванных их отчаянным
положением;
4) несмотря на поражение Германии, германскому народу было сохранено право на
суверенность и целостность своего государства.
Нам известны далеко не все источники, которые могут пролить свет на причины и
внутреннюю взаимосвязь событий во время и после поражения Германии, а также
показать степень влияния ее поражения на Европу и на весь мир. Поэтому вполне
возможно, что в будущем та или [592] иная из рассмотренных нами проблем будет
как-то дополнена и даже изменена. Однако уже сейчас представляется вполне
справедливым тот вывод, что требование безоговорочной капитуляции, с одной
стороны, и ответное “никогда” — с другой, вызванное слепым фанатизмом,
раздули мировой пожар настолько сильно, что он сам оказался бессмысленным как
в военном, так и в политическом отношении и превратился в сущий ад. [593]
Проф.
Гельмут Арнтц
Людские потери во Второй мировой войне
В ходе двух мировых войн человечество понесло огромный ущерб, превышающий
все обычные понятия, которыми оперирует финансовая и экономическая
статистика. На фоне тех цифр, которые отражают материальные потери того или
иного народа, выразившиеся в бесконечных разрушениях, демонтаже, репарациях
и т. п., потери в людях могут показаться менее значительными, тем более, что 
они
автоматически восполняются избытком рождаемости, появляющимся после всякой
войны, и естественным движением населения. Между тем подобные суждения
представляются слишком поверхностными. Человечество всегда и вполне
справедливо считало своей основной потерей людей, убитых и раненных во время
войны. Каждый убитый означает невосполнимую утрату для народа, всякая утрата
означает печаль и сострадание его родственников; уничтожение человека, в
отличие от уничтожения материальных ценностей, оставляет открытыми
последние вопросы жизни и смерти, становящиеся еще более острыми, если эта
смерть наступила не естественно, а была обусловлена другими людьми.
Два раза за жизнь одного поколения смерть собрала такой обильный урожай,
последствия которого долгое время ощущались и будут ощущаться всем миром, и в
особенности странами Западной Европы с их низким процентом рождаемости.
Потери понесла не только каждая семья, но и весь западный мир. В связи с этим
часто предпринимаются попытки определить степень ослабления на