германский протест Молотов ответил, что, хотя притязания 
Германии на этот кусок страны обоснованны, для советского правительства 
чрезвычайно неудобно и трудно это требование удовлетворить. Поэтому он 
приветствовал бы, чтобы Германия в духе существующих отношений нашла путь к 
тому, чтобы оставить эту территориальную полосу за Литвой. Переговоры по этому 
поводу длились несколько месяцев, и решение было найдено только гораздо позже: 
10 января 1941 г. граф Шуленбург и Молотов подписали секретный протокол, в 
котором Советский Союз брал на себя обязательство выплатить за эту 
территориальную полосу 31,5 млн. рейхсмарок. Тот факт, что потребовалось так 
много времени, чтобы договориться по столь незначительному вопросу, позволял 
осознать, в какой мере отношения между обеими странами ухудшились». – Цит. по: 
Откровения и признания, с. 73.
 {214} Антони Иден, граф Эйвон (1897-1977), английский государственный деятель 
и дипломат. В 1935-1938, 1940-1945, 1951-1955 гг. – министр иностранных дел; в 
1955-1957 гг. – премьер-министр Великобритании. С 1961 г. – член палаты лордов.
 {215} Фриц Гюртнер (1881-1941), имперский министр юстиции еще в первом 
кабинете Гитлера с 1933 г. В связи с этой скоропостижной кончиной имелась 
версия о его насильственной смерти, поскольку он был не согласен с некоторыми 
решениями и действиями Гитлера.
 {216} Адольф Хойзингер (1897 г. -?), генерал-лейтенант. С 1931 г. служил в 
генеральном штабе сухопутных войск, став затем начальником его Оперативного 
управления. По некоторыми данным, был осведомлен об антигитлеровском Июльском 
заговоре 1944 г., но участником его не был. В связи с провалом этого заговора 
был временно арестован, однако сумел доказать на суде свою непричастность. При 
взрыве бомбы полковника фон Штауффенберга в Ставке Гитлера «Волчье логово» 20 
июля 1944 г. был легко ранен. После войны принимал активное участие в 
демилитаризации ФРГ, с апреля 1961 г. по февраль 1964 г. являлся генеральным 
инспектором бундесвера, занимал руководящие посты в НАТО.
 {217} Официально – о нейтралитете.
 {218} Ганс Кребс, генерал пехоты, последний начальник генерального штаба 
сухопутных войск с 29 марта до 30 апреля 1945 г. До начала войны против СССР 
был помощником военного атташе германского посольства в Москве. В ночь с 30 
апреля на 1 мая 1945 г. явился в Берлине на командный пункт 8-й гвардейской 
армии генерала армии В. И. Чуйкова с письмом Геббельса, в котором тот сообщал 
«вождю советского народа», что 30 апреля в 3.30 «добровольно ушел из жизни 
фюрер. На основании его законного права фюрер всю власть в оставленном им 
завещании передал Деницу, мне и Борману». По некоторым данным, покончил жизнь 
самоубийством в мае 1945 г. или умер в советском плену.
 {219} Граф Вернер фон дер Шуленбург (1875-1944), профессиональный «карьерный» 
дипломат старой школы. В 1939-1941 гг. – посол Германии в СССР. Участвовал в 
заключении германо-советского пакта о ненападении от 23 августа 1939 г., а 
также договора о дружбе и границе от 28 сентября 1939 г. Понимал опасность и 
гибельность для немецкого народа войны против СССР. Тщетно пытался предупредить 
советское правительство о готовящемся нападении гитлеровской Германии. По 
свидетельству генерал-лейтенанта бывшего КГБ СССР С. Кондрашова, из агентурных 
материалов архива ОГПУ – НКВД довоенного периода «следует, что нацистское 
руководство было недовольно деятельностью Шуленбурга и рассматривало 
возможность акции против него со стороны гестапо» и, более того, замышляло 
против него террористический акт, предотвращенный советской контрразведкой. 
«Шуленбург, – говорится далее, – считал себя другом тогдашнего Советского 
Союза», он «увидел угрозу нацизма и в течение последующей жизни был его 
убежденным противником», а также «глубоко переживал крушение своих надежд на 
улучшение отношений Германии с Советским Союзом. Он считал, что 
советско-германский пакт 1939 г. – „это временная мера, она дает лишь 
передышку“. Он осуждал Риббентропа и его руководство внешней политикой 
Германии». (Известия, 4 февраля 1992 г.). Во время Второй мировой войны 
примкнул к верхушечной антигитлеровской оппозиции и участвовал в Июльском 
заговоре 1944 г. Был готов по заданию заговорщиков (как единственный из них, 
лично знавший Сталина) перейти линию фронта для прямых переговоров с ним о 
выходе Германии из войны. В случае успеха заговора предназначался на пост 
министра иностранных дел. После провала этого заговора казнен 10 ноября 1944 г. 
по приговору Народного трибунала.
 {220} Сделанную Гальдером в его военном дневнике запись этой речи см. в сб.: 
Откровения и признания, с. 118-119. На полях записи имеется пометка Гальдера: 
«Приказ главнокомандующего сухопутными войсками».
 {221} Цит. по: В. И. Дашичев. Банкротство стратегии германского фашизма, т. 1, 
с. 715.
 {222} В своей дневниковой записи от 13 мая 1941 г. Иозеф Геббельс так оценивал 
этот скандальный для нацистов эпизод: «В коммюнике фюрера в качестве причины 
названы маниакальные представления насчет зондажа возможности заключения мира 
[с Англией]. Все это пока весьма сумбурно. Тяжелый, почти непереносимый удар. В 
данный момент его последствия даже невозможно предвидеть. Фюрер совершенно 
раздавлен. Какая картина для всего мира: душевнобольной является вторым после 
фюрера человеком! Такое даже помыслить и то невозможно! Сейчас надо сжать зубы! 
И прежде всего – пролить свет на это довольно-таки таинственное дело». А 14 мая 
добавляет: «И вот такой человек правил Германией! Все это можно объяснить его 
физическим состоянием и атмосферой его жизни травоядного животного. Совершенно 
патологическая история. Хотелось бы избить до полусмерти его жену, его 
адъю