г другу докладов различных инстанций и командных органов. Соединения войск 
СС, хотя и втянутые в ожесточенные бои, все еще давали донесения обнадеживающие.
 По-другому звучали трезвые доклады Рундштедта и генерала барона Швеппенбурга – 
командующего танковой группой «Запад».
 Желая лучше и по-деловому ознакомиться с обстановкой, Гитлер с последних чисел 
июня стал привлекать ко всем обсуждениям военных вопросов в «Бергхофе» фон 
Клюге. Он даже отдаленно не догадывался о том, что фельдмаршал поддерживает 
тесную связь с Сопротивлением, хотя пока и не определив четко своего отношения 
к кругу заговорщиков. Проведенные в «Бергхофе» вместе дни протекали в полном 
согласии, и фюрер испытывал к Клюге полное доверие, сделав его 1 июля 
преемником фельдмаршала фон Рундштедта. Одновременно он снял с занимаемого 
поста генерала Гейра фон Швеппенбурга.
 Отдел «Иностранные армии Запада» стоял на той точке зрения, что англичане и 
американцы еще располагают на Британских островах большим числом дивизий. 
Называли даже цифру: свыше 60. На основе этих данных Гитлер предполагал еще и 
вторую высадку противника – на побережье пролива Па-де-Кале – и первоначально 
приказал дивизиям армии генерала фон Зальмута оставаться на занимаемых позициях.
 Данные отдела «Иностранные армии Запада», как выяснилось позже, оказались 
совершенно ложными. Союзники имели в Англии максимум 15 дивизий, ожидавших 
погрузки на суда и переброски на прежнее место высадки в Нормандии. К этому 
моменту фюрер был убежден в том, что новому командующему Западным фронтом 
удастся создать сплошную линию обороны.




 Разгром группы армий «Центр»


 Иначе складывалось в это время положение на Востоке. 22 июня – в тот самый 
день, когда три года назад начался поход на Россию, – Красная Армия перешла в 
крупное наступление против группы армий «Центр», предприняв свою крупнейшую и 
успешнейшую операцию в этой войне{276}. Поначалу казалось, что русские хотят 
вести наступление в виде операций меньшего масштаба. Но когда были осуществлены 
первые прорывы немецкой линии обороны и в ней образовались значительные бреши, 
началось крупное танковое наступление в районе между Гомелем и Витебском, а за 
ним последовали и дальнейшие. Каждый свой удар русские готовили налетами 
авиации и огнем тяжелой артиллерии, массированно бросая в бой танки. 
Командующий группой армий «Центр» фельдмаршал Буш пытался побудить Гитлера 
отойти с этого, по выражению фюрера, «твердого места». Но тот приказал 
удерживать каждую позицию.
 Теперь Гитлер был вынужден отбивать сразу три наступательных клина врага: во 
Франции, Италии и России. Он дал категорический приказ: до конца отстаивать 
каждый квадратный метр земли. Но повсюду становилось очевидным: силы противника 
превосходят наши, а на отдельных участках – и намного. Но фюрер с этими фактами 
пока еще считаться не хотел и воспринимал направляемые ему войсками донесения 
как сильно преувеличенные. В группе армий «Центр» он заменил Буша Моделем, а 
несколько дней спустя командующего группы армий «Север» генерал-полковника 
Линдема – генерал-полковником Фрисснером. Но эта смена лиц никак не повлияла на 
ход событий. Группа армий «Центр» уже потеряла 25 дивизий, примерно 350000 
человек. В линии фронта возникла брешь величиной около 300 км, через которую 
русские продвигались к германской границе.
 9 июля Гитлер вылетел в свою Ставку в Восточной Пруссии. Его сопровождали 
Хейтель, Дениц, Гиммлер, Йодль и Кортен. С Восточного фронта прибыли Модель, 
Фрисснер и генерал-полковник кавалер фон Грайм – командующий авиацией группы 
армий «Центр». Начальник генерального штаба сухопутных войск Цейтцлер 
отсутствовал. С начала русского наступления у него возникали различные, порой 
острые, разногласия с Гитлером, поскольку он не мог следовать взглядам фюрера 
по вопросам командования сухопутными войсками и, к тому же, находился на 
пределе своих сил. С тех пор Гитлер его больше никогда не видел.
 Разговор в Восточной Пруссии шел в первую очередь о быстрой переброске на 
Восточный фронт новых соединений. Модель и Фрисснер смотрели на дальнейший ход 
событий с некоторым оптимизмом. Их предложения и требования можно было 
выполнить в течение ближайших недель, однако при том предварительном условии, 
что русские не решили быстро пробиваться дальше. Гросс-адмирал Дениц требовал 
удерживать важные для новых подводных лодок порты на Балтийском море. Во второй 
половине дня Гитлер вылетел в Зальцбург. У меня сложилось впечатление, что ход 
событий на Восточном фронте он все еще оценивает позитивно.
 В эти последние недели на Оберзальцберге я пережил очень тронувшее меня 
событие. Во время одного обычного обсуждения обстановки мне по какой-то причине 
пришлось выйти из холла в находящуюся рядом небольшую комнату. Там я вдруг 
услышал, как Гитлер сказал обо мне, что я – единственный, кто открыто и без 
опаски выск